– Ну, пусть выкинут, если хотят, – беззаботно бросил Олег, уже направляясь в сторону кухни. – А пока надо ему поесть дать, что ли.
Мила поплелась за ним. Все же она еще не совсем отошла от пережитого шока. Теперь она думала, кто же тот мужчина и как он сюда попал. Хотя, в сущности, личная жизнь Элины ее совершенно не касалась – напомнила себе девушка.
– Я кое-что нашла, – заговорила Мила, стоя за спиной бывшего мужа, пока он шарил в холодильнике.
Голодный рыжий котенок, примерно полутора месяцев от роду, терся о ногу своего спасителя.
– Что? – не оборачиваясь, поинтересовался Олег.
– Я сейчас принесу это в библиотеку, и ты приходи.
– Ладно.
Явился он, держа на руках облизывающегося после сытной трапезы кота.
– Ну что там? А то спать хочется.
– Вот, – Мила положила перед ним фотографию военных.
Олег выпустил на пол животное, взял фото и несколько минут сосредоточенно разглядывал.
– Это мой прадед, – он указал пальцем на стоящего в центре летчика.
– Я так и подумала. Узнала его, потому что столько раз видела ту фотографию в орденах.
– Он же на ней лет на двадцать старше, чем тут, – усмехнулся мужчина.
– Глаза такие же. Да еще и летчик… Поэтому и решила тебе показать, чтоб точно убедиться.
– А где ты это нашла? – Лалин, присевший рядом на диван, поднял на нее свои большие серые глаза.
– На чердаке в этом доме.
Олег перевел взгляд на лампу, о чем-то раздумывая. Помолчал несколько минут, а потом серьезно и тихо спросил:
– А ты не думала, зачем Юрьянс вызвал тебя сюда и оплачивает твое пребывание здесь? Зачем пригласил меня? Зачем простому преподавателю все это надо?
***
Иван что-то писал в свете керосиновой лампы и не обращал внимания на взгляды девушки. Она ждала, что он с ней заговорит, но мужчина, видимо, даже не видел ее, сидящую на скамейке в углу комнаты. Когда его окликнули со двора, он поднялся и вышел, оставив на столе недописанное письмо. Подбежав, Илга взяла бумагу в руки. «Родная моя Катенька…» Надо же, он пишет женщине! Наверное, и о том, чему они стали свидетелями, напишет. Илга расстроилась. Она была так горда, когда они, вернувшись из леса, рассказывали всем, что видели, как немцы прячут золото. Они вместе следили за фашистами! А потом… потом он ее поцеловал… Конечно, этого они никому не сказали.
Девушка уже готова была расплакаться, но тут заметила на столе под конвертом две одинаковые фотографии. Положила назад письмо и взяла один из снимков, стала рассматривать. На нем были все прятавшиеся у них солдаты. Они стояли возле самолета, Иван был в центре. Поддавшись порыву, девушка сунула фотокарточку в карман платья и бросилась вон.
Капитан устроился на ночь в сарае. Здесь было гораздо прохладнее, чем в доме, не так душно. Лалин потянулся на сене и оно приятно зашелестело. Почти совсем стемнело, лишь кое-где между досками пробивался снаружи тусклый свет. Пахло сухой травой, древесиной, молоком. Ему было очень уютно спать, как когда-то в хлеву родительского дома, когда совсем мальчишкой сбегал подальше от хмурых глаз строгого отца, вернувшегося с поля. Тот был человек суровый, жесткий. Всегда звал сына Иваном. А мать – Ванечкой. Капитан родился и вырос в деревне на юге Украины, в самой обычной работящей семье. Кроме него еще был младший брат, дите совсем, одиннадцати лет. Никто бы и подумать не мог, что он, белобрысый сорванец, сможет поступить и с отличием окончить Харьковское высшее военное авиационное училище летчиков. Мать им очень гордилась, да и отец, если б был живой, наверняка бы тоже гордился. Жаль, фотоснимок, на котором они всем экипажем запечатлены перед первым вылетом, куда-то подевался. Хотел, когда появится возможность, один матери отослать, а второй – Катерине.
Убаюканный мыслями о доме и родных, он уже практически заснул, когда сквозь дрему услышал тихий голос.
– Иван!
Мужчина открыл глаза. Илга стояла перед ним в полосе света. Она распахнула и сбросила платье, оставшись в чем мать родила. Капитан застыл, размышляя, реальность это или сон, и чувствуя, как к низу живота приливает жар. Он уже и не помнил, когда был с женщиной. Подумал о Кате. Между ними ведь тогда так ничего и не было... Решили, если оба живы останутся, встретятся после войны, тогда поженятся. Мысли о любимой отрезвили, и Лалин отвернулся от юной блондинки.