Пораженная Мила молчала, пытаясь осмыслить услышанное и найти какие-то слова для ответа. «Это не ты его убила… Точнее, не лично ты… Вы же не знали, что он болен… », – в голову лезла лишь подобная чушь. Да уж, Машенька, ты и твои друзья–чудовища.
А Маша глядела на нее во все глаза, глядела с надеждой. Словно грешница перед священником на исповеди, ожидающая отпущения грехов.
– А за что тебя Виктор ударил? – вместо утешения спросила Мила.
Блондинка состроила гримасу, красноречиво демонстрирующую, какой бестолковой она считает свою собеседницу.
– Услышал от меня запах вина и стал читать нотации, а я сказала, что если ему нравится роль альфа-самца, пусть командует теми, кто его ублажает – Элиной, тобой.
В этот момент вернулся Юрьянс-младший, поэтому ничего ответить Мила не успела. Мужчина властно взял ее за локоть и грубо потянул к выходу.
– Зачем ты к ней вошла? Поехали.
В коридоре она вырвалась.
– Да что ты меня тащишь, как собачонку, – возмутилась девушка. – С женой своей так обращайся!
Виктор проигнорировал ее выпад. Он словно и не слышал ее. Быстро шел к выходу, так что она едва поспевала следом. В каждом движении мужчины чувствовалась какая-то нервозность.
– Поехали куда-нибудь в город? – неожиданно повернувшись, от чего она больно ударилась носом об его плечо, предложил он.
– Зачем? – глупо хлопая ресницами, спросила Мила. – Я не хочу. Расскажи лучше, что с Машей? Что сказал врач?
Виктор полминуты глядел на нее насмешливо, потом хмыкнул, и произнес тоном человека, делающего одолжение:
– Врач сказал, что Маше нужна операция.
– Да? Все очень серьезно? А она сама в курсе?
Ответом Юрьянс-младший ее не удостоил. Сел за руль, потянулся к ключу зажигания, а потом, передумав, вдруг повернулся к своей спутнице, взял растерявшуюся от такого натиска девушку рукой за затылок, притянул к себе и стал жарко целовать. Она с готовностью отвечала, вкладывая в этот поцелуй всю злость на Олега. Почему-то была уверена, что тот их поцелуй не будет единственным. Запустив руку в ее волосы, он путался в них. Дыхание в шею, пальцы в волосах, ласковые касания… Когда спустя почти минуту он оторвался от ее губ, то невозмутимо промолвил:
– Это чтоб твой Лалин не зря ревновал. Кстати, а почему ты сказала, что кроме него у тебя никого не было?
Мила поняла, что их ссору слышали все. А Виктор добавил, не дожидаясь ответа:
– А я, что, не считаюсь?
Видя ее оторопелый взгляд, тихо засмеялся и мягко постучал ей пальцем по лбу.
– Вот тут-то уже все случилось.
Затем он, наконец, завел машину, и они тронулись с места. Мила молчала, размышляя над всем произошедшим. Она жалела об этом поцелуе. Потому что Виктор просто забавлялся, играл с ней. Олег бы так не сделал. Вообще человеческие качества Виктора были не на высоте. Благородство явно не являлось его сильной стороной. А Олег... Да, он был без преувеличения благородным человеком.
От поцелуя ее мысли переключились на рассказ Маши. Только сейчас ей пришла в голову мысль, что всю эту историю та могла просто выдумать. Как она сразу этого не поняла? С чего бы такая дерзкая девица, как Мария, стала рассказывать подобное малознакомому человеку? Но, с другой стороны, говорила девушка очень убедительно. И выражение ее глаз в тот момент было таким… Такие глаза не врут. Маша казалась искренне напуганной и растерянной. Быть может, все это было на самом деле. Казавшаяся невинной шалость стоила человеку жизни, а еще нескольким покалечила судьбы. Ведь пусть о реальной причине смерти того парня никто не узнает, виновным молодым людям теперь жить с этим долгие годы, вновь и вновь вспоминать об этом ночами и постоянно бояться возмездия. Мила подумала, как все в этом мире хрупко, и как важно ценить каждый прожитый день, каждого человека рядом. Она поняла, что любит Олега настолько, что готова умолять его о прощении.
Дождавшись, когда в доме все затихнет, Мила выскользнула из комнаты и прокралась в кабинет. Оправдание она уже себе придумала – ищет, что бы почитать. Однако все равно привлекать ничье внимание не хотелось. Свет в кабинете Мила не включала, но со двора легко было заметить в окне голубоватое свечение от экрана монитора. Вряд ли кто-то мг находиться там в это время, но девушка, войдя, предусмотрительно плотнее сдвинула тяжелые шторы.