– Зачем тебе это? – мужчина пробежал взглядом текст, написанный небрежным, но очень красивым почерком: «Эжен Юрьянс, дата рождения 13 сентября 1920, поселок... Маргарита Юрьяне, в девичестве Колпакова, дата рождения 1 марта 1926...».
– Это для моей статьи.
Лалин еще какое-то время покрутил в руках бумагу, затем бросил листок на стол.
– А я, кстати, кое-что интересное уже разузнал, – похвастался Олег и, понизив голос, словно собирался сообщить нечто очень важное и тайное, проговорил: – Знаешь, где работает твой ненаглядный? На заводе Форд! Не думал, что туда латышских гастарбайтеров берут.
Мила поморщилась при слове «ненаглядный». А Лалин, не замечая этого, продолжал рассуждать.
– На самом деле это мне его супруга рассказала. Вот не просто так он в Германии работает. К своим подался.
– Он не мой, – наконец нарочито лениво огрызнулась Мила. – И что значит «к своим»?
Олег ухмыльнулся.
– Это значит к фашистам, – пояснил Лалин.
Говорил так, будто делает одолжение. Это бесило ее в Викторе, а Олегу так и вовсе не шло.
– Зато жена у него дама интересная.
Девушка сделала вид, что его слова ее не задели, хотя внутри кольнуло жало ревности.
– Ну да, мужчины таких любят, – кивнула Мила и безэмоционально добавила: – Элина похожа на суку во время течки. Разница лишь в том, что у собак этот период временный. Ты в курсе, что она нагло изменяет мужу?
Лалин улыбнулся. Девушка поняла, что повеселила его, выдав этой фразой всю клокотавшую в ней ревность.
– И это не удивительно, – Олег поднял вверх указательный палец. – Постой. А ты откуда знаешь?
– Не важно, – отмахнулась Мила, не желая обсуждать личную жизнь Виктора.
И, сказать по правде, она была очень задета тем, что бывший муж говорил об Элине с явной симпатией. Тон и слова его были шутливыми, но смотрел он на Милу со всей серьезностью, словно ему важно было знать, как она поведет себя после этих его слов, что ответит. Не в правилах Лалина было обсуждать людей, значит, ему действительно важно знать, как она относится к Юрьянсу-младшему. Поэтому неудобный разговор о Викторе Мила поспешила замять.
– Есть еще кое-что, – журналистка включила свой планшет и нашла в почте пересланное с почты Айварса письмо. – Вот, взгляни.
Мужчина взял из ее рук гаджет, нашел глазами нужный текст и принялся читать теперь уже вслух. «Олег Лалин – личность довольно неординарная. Окончил знаменитый Королевский Северный колледж музыки в Манчестере. Его первая специальность – магистр музыкального искусства, преподаватель фортепиано. У него даже серьезные награды в этой сфере есть. Но Лалин после окончания консерватории пошел в армию и отслужил в морской пехоте, а затем окончил Всероссийский государственный университет юстиции по специальности «Оперативно-розыскная деятельность в органах внутренних дел»… Далее следовал уже прочитанный ранее Милой текст.
С тех пор как увидела это письмо, девушка ломала себе голову над тем, зачем все-таки Юрьянсу Олег. Каковы его цели? Зачем-то же он пригласил его сюда. И ее тоже. Похоже, история про дедушку-врача – лишь повод. Но какая связь между доктором, расстрелянным в годы войны, его внуком Айварсом и Олегом? Да никакой связи быть не может! Ну, укрывал этот врач прадеда Олега, и что? С тех пор больше семидесяти лет прошло! А она, Мила, и подавно не может никакого отношения иметь ко всему этому. Зачем она тут, если не для написания статьи? Вот чего Мила никак не могла взять в толк. Если откинуть все и руководствоваться исключительно фактами, то очевидно, что Юрьянса мало интересует статья и очень интересует Олег. Он нашел способ заманить сюда его. Но в чем смысл? Что дальше? Это пока было совершенно непонятно.
Закончив читать, Олег нахмурился.
– Откуда это?
– Из почты Айварса. Письмо написал Бражинский.
– Ты что, взломала чужую почту?
– Нет, она была открыта.
Лалин смерил ее осуждающим взглядом, а затем молча просмотрел письмо еще раз.
– Что ты обо всем этом думаешь? – не выдержала Мила.