— Да, — ответила я за нас с Иннис и улыбнулась.
«Приехал, приехал», — пело в моей голове, поэтому мою улыбку ничего не могло погасить.
Вид у Бринмора был такой, будто он сейчас подъедет, стащит меня с лошади и придушит, но истинный каэр остается каэром, даже когда эмоции бьют через край.
— Позвольте, мы сопроводим вас до дома, — сквозь зуб произнес он.
— Вы так добры, — ответила я, опять же, за нас обеих.
И хотя знала, что граф будет нас песочить, все равно радовалась.
А сердце рвалось из груди!
***
В Тулах каэры пожаловали в сопровождении троих всадников, и атрийских кошек с собой не взяли, ведь приехали не охотиться.
— Настало лето, начался темный тин, а это для преступников всех мастей служит сигналом для начала дел. Принц поручил нам проехаться да проверить по-свойски, не распустили ли патрули, — пояснил цель приезда Фэйднесс. — Внезапные проверки очень освежают, не правда ли?
— Какой принц предусмотрительный, — заметила я, хотя знала, что не столько тракт каэры приехали проверять, сколько меня…
Каэр усмехнулся, и его янтарно-карие глаза блеснули. Бринмор же помалкивал и морозил все вокруг себя – казалось, еще чуть-чуть, и выдыхаемый нами воздух превратится в пар. Но меня уже не отталкивал этот напускной холод. Будь Бринмор по-настоящему чванливым, выгнал бы меня из своего дома тут же, как увидел тогда, весной…
— А вы чем занимались в лесу, каэрина? — спросил граф, наконец.
— Мы добывали болотный торф. Он очень полезен в хозяйстве, а также в медицинских целях.
— Вы поехали так далеко в лес, да еще и без защиты, — грозно произнес Бринмор. — Это неосмотрительно для каэрины.
— Вовсе нет, мои друзья хорошо знают лес и безопасные тропы, — возразила я.
Однако каэра вряд ли впечатлили мои защитники: Кэл, лесничий да мужчины из усадьбы.
— Ваше Сиятельство, — вставила Иннис, едущая рядом со мной, — мы и сами предупреждали баронессу об опасности, а она все равно рыскает по топям.
Я взглянула на подругу удивленно, но она приняла невинный вид и пожала плечами. Граф же возмутился:
— Вы что, сами торф собираете, уподобляясь крестьянке?
— Нет, что вы – я в этом важном деле только помешаю, — ответила я. — Сама я собираю лишь травы.
— Каэрина, — процедил Бринмор, — вы еще не обзавелись наследником, чтобы так безрассудно рисковать жизнью, разъезжая по лесу и лазая по болотам. Чтобы я больше не слышал об этом.
— Да, Ваше Сиятельство, — покладисто проговорила я. Если Бринмор не хочет слышать о моих вылазках на болото – так тому и быть, не услышит. Но вылазки я, конечно, не прекращу.
Когда мы выехали из леса, и показалась моя усадьба, Фэйднесс произнес:
— Ваши владения, баронесса?
— Мой дом, — ответила я так, что только глухой не расслышал бы в моем голосе гордости и нежности. И, взглянув на Бринмора, предложила: — Буду рада, если вы заедете к нам пообедать, каэры.
— К нам? — приподнял бровь граф.
— Я же не одна живу, у меня много помощников по хозяйству, — ответила я; меня до сих пор коробит слово «слуги».
— Благодарим вас, мы воспользуемся приглашением, — сказал Бринмор, и по его слову, слову обладателя высшего среди присутствующих титула, все поехали ко мне.
Нетта, моя горничная, стояла у забора и болтала со своим возлюбленным, когда наша процессия, состоящая из грязных, потных и искусанных мошкой тулахчан и чистеньких, красивых каэров, подъехала к воротам. Затем начались беготня, суета… А я вот ни капельки не волновалась и не стеснялась: да, усадьба небогата, но уютна и мила, и повсюду радуют взгляд ромашки и маргаритки. Куда приятнее, на мой взгляд, чем строгий серый дом барона Даммена, где повсюду камень и темень.
Когда каэры спешились, мои люди отвели их лошадей в конюшню, затем Кэл стал давать указания, куда убрать собранный торф. Полные корзины трав я также вручила Кэлу: сам уберет по сараям. Затем мы с Иннис отлучились на кухню, чтобы предупредить Дори о гостях, и там я, наконец, умылась.
Иннис, тоже умывшись, стала наблюдать, как каэры расхаживают по моей усадьбе.
— Энхолэш, — прошептала она, качая головой. — Привела домой графов и виконтов и держишь их во дворе, где пахнет навозом.
— Ничего, не помрут, — беззаботно отозвалась я. — Еще будут благодарить, ручку поцелуют и восхитятся обедом. Тем более что обед готов, правда, Дори? Я просила тебя вчера что-то сытное приготовить для нас, когда вернемся с болот.
— Так все готово, — кивнула Дори. — Куриный суп только с огня сняла, каши гречневой с грибами наварила, а еще, — похвасталась повариха, — хвост бобра с лучком пожарила!