— Надеюсь, ты не собираешься пугать гостей, — он сморщил нос для пущего эффекта. — Они и так будут в шоке от твоего вида.
— Я в трауре, — буркнул я.
— Я тоже. Скорблю по тому, что ты с радостью чахнешь. Скоро станешь похож на Марфу, — пробормотал он, содрогнувшись.
Я посмотрел на него сверху вниз, будто на мне были несуществующие очки.
— Марфа — замечательная женщина.
— Она буквально ходячие кости и не произнесла ни слова четыреста лет. Это ненормально.
— Что ты хочешь, чтобы я сделал? Ей нравится здесь.
Закатив глаза, Михаил отмахнулся от темы Марфы.
— Для начала ты мог бы поесть. И, кстати, нам нужен повар.
— Что? Зачем нам чёртов п… Ох.
— Люди, Владимир Андреевич. Мы пригласили людей, но у нас нет еды. Да, она приехала раньше, но что делать? Если мы откажемся её принять, получим плохой отзыв. Или предложим Марфе стать поваром? Боже, это кошмар!
В памяти всплыло, как я, ещё мальчишкой, сидел с Марфой, пока она готовила завтрак.
Мой кулак ударил по потёртой коже подлокотника.
— Я сам буду готовить.
Михаил резко обернулся, его глаза комично вылезли из орбит, и я представил, как они выкатываются из его безвкусного черепа.
— Ты не был на кухне двести лет. Как ты собираешься готовить?
Я тяжело вздохнул и вперил в него взгляд.
— Успокойся, «вурдалак». Это всего один человек. Я справлюсь. И перестань метаться, ты похож на трусливого щенка.
Он фыркнул.
— Я трус? Если бы ты видел себя в зеркале! — он расхохотался, и мне захотелось заткнуть его ударом, но сил не хватило.
— Кто бы мог подумать, что она назовёт меня вурдалаком? Должно быть, дело в костюме, да? — он поправил пиджак. — Нам ещё нужен интернет.
Что ещё за ерунда?
Мои глаза расширились при мысли об этом «интернете» в священных стенах усадьбы. Конечно, я знаю о технологиях и не совсем отстал от времени, но не питаю иллюзий, что мне когда-либо понравится эта легкомысленная чепуха. Книги — вот источник знаний.
— Ладно, — буркнул я.
Я сдержал улыбку, заметив, как Михаил от удивления вытаращил глаза. Ради одного его выражения стоило согласиться.
— Чего хотят гости, то и получат, — добавил я, небрежно махнув рукой.
— Верно. Значит ли это, что ты начнёшь питаться? Ты выглядишь, будто разваливаешься. Никто не захочет найти твои седые волосы в супе, — он ухмыльнулся, глаза заблестели.
— Отстань.
Его ухмылка стала шире.
— Она красивая, правда?
Перед глазами мелькнули растрёпанные светлые волосы, аккуратный нос и ярко-зелёные глаза на сердцевидном лице.
— Возможно. Я был занят борьбой с желанием её съесть, чтобы разглядывать её черты.
Я покачал головой, поражённый абсурдностью этого плана.
— Как ты вообще додумался тащить сюда людей?
— Полтора десятка тысяч рублей за ночь за номер, Владимир Андреевич. Вот о чём я думал, — он пожал плечами. — Поешь, и станешь менее сварливым.
— Ты выглядишь как бродяга, которого выгнали из дома престарелых, а я пытаюсь тебя спасти. Помоги мне помочь тебе.
Я ткнул в него пальцем.
— Я тебя убью.
— Пока не начнёшь питаться, не сможешь, — он усмехнулся. — Ты дряхлый и шатаешься по усадьбе, как калека.
Я зарычал от его наглости.
— Я заставлю тебя пожалеть об этих словах, Михаил, — огрызнулся я, впервые за десятилетия жалея, что позволил своему телу иссохнуть.
— Жду с нетерпением, старец.
— Если бы не твои дурацкие планы, этого бы не случилось, — пробормотал я.
Михаил посмотрел на меня, в его глазах мелькнул странный огонёк. Он поправил галстук.
— Может, это и к лучшему. Наконец-то что-то вытащит тебя из спячки последних двух веков. Мне пора готовить комнату для гостьи. Постарайся не рухнуть и не сломать себе что-нибудь по пути на кухню. В холодильнике есть всё для людей… и для тебя.
Дверь за ним закрылась, и я остался наедине с мыслями.
Холодильник полон, говорит он. Наглец. Меня не волнует, что я чахну. Бессмертный веками, я стал пустой оболочкой. Мало что приносит радость, и я хочу лишь покоя, вдали от всех.
Мои губы скривились от злости. Михаил своими интригами загнал меня в угол — мне придётся восстановить силы. Контроль над разумом будет сложно вернуть в таком истощённом состоянии, и я уверен, что этот мерзавец всё рассчитал.
Надо напомнить Михаилу, чтобы гости не заходили в мои покои. Существование Марфы им не объяснить.
— Аххх!
Вот и она, лёгка на помине. Её костлявая рука бросила два пакета с кровью на стол, и в поле зрения мелькнул её череп.