— Магические истощение, — прошелестело в ответ.
— Оно так сильно сказывается на ваших умственных способностях? — наклонившись прямо к уху мага, прошипел Сальва. Он не хотел, чтобы стражники услышали их спор. — Последние дни вы ведёте себя чересчур… подозрительно.
— Все мои мысли сейчас об одном, — дёрнул головой Эрна, уходя от скребущих барабанные перепонки звуков.
— Мне это известно! Но найти подозреваемого сейчас важнее, иначе то, о чём вы беспрестанно думаете так и останется под угрозой.
— Я не понимаю…
Они замерли посреди коридора, стоя вплотную друг к другу и окружённые стражей, рискуя упустить вероятного убийцу. Но разум некроманта был занят только мыслями о скорейшем пополнении магических резервов. В складках мантии он нащупал ритуальный кинжал. Тьма струилась по его пальцам, требуя вонзить клинок в чью–то живую плоть, обагрить руки кровью. Но из транса Эрну вырвал недовольный голос Сальвы:
— Поторопитесь и покажите мне, где вы видели того слугу, и сразу сможете заняться тем, о чём так мечтаете.
Маг облизнулся, предвкушая металлический вкус крови на губах, и повёл Сальву туда, где учуял магические возмущения и слышал разговор. Некромант переставлял ноги на одних инстинктах, усилием слабеющей воли удерживая себя от того, чтобы не напоить клинок кровью ближайшего живого тела. Два дня взывания к Тёмной Хозяйке и жертвования магической силы самой Смерти — поднятие мыши явно было лишним. Эрна не совсем понимал, что он творил последнее время. Но об этом он подумает позже.
Крайс с горем пополам привёл их к маленькой каморке, но она, ожидаемо, оказалась пуста: ни магического артефакта–зеркала, ни мужчины. Сальва отпустил локоть мага, которого практически тащил на себе всю дорогу. Начальник стражи корил себя, и некроманта тоже, за медлительность, но теперь последний был бесполезен, а ему предстояла рутина — допросы. И когда это он начал считать пытки и запугивания обычным делом? Сальва передёрнул плечами.
— Благодарю за помощь, — вспомнил о приличиях Реми, — теперь вы можете вернуться к себе. — Эрна мало чем теперь мог помочь. Допросы — это по части Воибора. Но в обращённых на Сальву глазах плескалась тьма и голос мага был подобен звуку, с которым клинок трётся о кости:
— Теперь пропусти меня в пыточные, сегодня этим мы займёмся вместе… — обычно спокойное лицо некроманта было слегка искажено налётом безумия.
Сальва нахмурился, насторожившись странными изменениями в поведении Эрны, но от помощи не отказался. Если бы он знал, что это была за «помощь» то уж лучше воспользовался услугами Воибора.
По утру Хайл Кундиге предупредил Реми Сальву, что отбывает. Перед отъездом он проверил состояние Многоликой, сообщив, что яд полностью покинул её тело и сейчас ей требуется покой и правильное питание. Целитель отказался от предложенного сопровождающего, но не от завтрака и не преминул прошептать над едой пару слов. Начальник княжеской стражи лишь поджал губы, понимая, что если их до возвращения князя с артефактом, определяющим яды, не перетравят, то это будет великолепно.
Утро было освежающим. Для южной части мира, в которой и находился Союз княжеств Дэммор, такая погода была обыденностью: тёплые дни и прохладные ночи, а снег можно было увидеть только в горах, отделявших Союз от Мёртвых земель. Целитель вдохнул полной грудью. Ландшафты княжеств ничем не отличались от имперских, но разлитая здесь тьма липкой плёнкой оседала на коже. По иронии, столь любимая Хайлом империя Аладанаи была с двух сторон окружена странами, поклонявшимися Тёмной Хозяйке, с третьей была отделена горами от Мёртвых земель, а с четвёртой границей имела море. Иногда Хайл задумывался о том, есть ли в их мире ещё суша. Он знал, что несколько веков назад их корабли отчаливали с ещё живых Мёртвых земель, чтобы сгинуть навеки. Лишь единицы возвращались, чтобы поведать, что там, за морем, видали плавно скользящие по волнам суда, на которых можно было разглядеть изящных и хрупких созданий. Почему–то целителю всегда казалось, что они должны выглядеть точно так, как сама Белая Королева.
Ощущение чужого присутствия, касаясь растянутых во все стороны конфигураций силы, вырвало Кундиге из приятных воспоминаний. Магические щиты мгновенно окружили целителя коконом светлой магии. На его предплечья были нанесены магические знаки, облегчающие использование некоторых заклинаний.
Светлыми искрами рассыпались пущенные в него стрелы. Конь под Хайлом встревоженно заржал, но целитель умелой рукой удержал его. Не снимая щитов, он пустил животное в галоп. По магической преграде растёкся неопрятной кляксой шар тьмы. «Здесь некромант,» — мелькнула мысль. Любая магия почётна, всё зависит от того, как она используется, так считал целитель.