На несколько секунд воцарилось неловкое молчание. Потом де Винтер нерешительно подняла глаза. Было видно, что она собирается с духом.
Тапс ободрительно улыбнулся ей.
– Ну же! – воскликнул он. – Скажи им! Тебе нечего стесняться. Это ведь не твоя вина.
Де Винтер тяжело вздохнула.
– Посмотрите на меня, – она показала на свои ушки, которые так мило смотрели вперёд. – Я кошка очень благородных кровей. Мою породу специально вывели так, чтобы мои ушки были загнуты вперёд.
С этими словами благородная кошка изящно подошла к Фридолину и нежно потёрлась о его передние ноги. Потом снова тихо вздохнула.
– Выглядит очень даже симпатично, – с улыбкой заметил Фридолин.
– Что? – закричала кошка. – Я выгляжу как птичка?
– Нет! Сим-па-тич-но! – завопил ей в ухо Фридолин.
Теперь де Винтер поняла и кивнула.
– Ну да, выглядит это симпатично, тут ты прав, – печально продолжила она. – Но, понимаешь, с породистыми животными такое дело… – Она снова тяжело вздохнула. – Часто случается, что при выведении что-то идёт не так. И, к сожалению, многие кошки с загнутыми ушками очень плохо слышат. Мне ещё повезло, что я не совсем глухая. Я хоть что-то слышу. И…
Тапс снова ободряюще кивнул ей. А де Винтер рассказала, что, помимо глухоты, у неё частенько болят суставы. И что порой она даже не может нормально двигаться.
– Понимаете? – стыдливо прошептала она. – Я просто не способна ловить мышей.
– Бедная ты моя кисонька-лапонька! – сочувственно воскликнул Фридолин.
Вытянув копытца, он бережно обнял кошку, которая в сравнении с ним казалась просто малюткой, и крепко прижал её к груди.
Все хотят карту-открывалку!
Кошка всё ещё смущённо смотрела в пол.
– Я как-то попыталась сама проникнуть в зоомагазин и украсть оттуда кошачий корм, но у меня ничего не получилось. Я едва не угодила в лапы владельца.
– Твоё счастье, что он тебя не поймал, – мрачно заметил Джек. – Тебе бы не поздоровилось.
Тут Флопсон кое-что вспомнила.
– Скажи, а карманные часы ты тоже украла? – прокричала она так громко, насколько это позволяли её лёгкие.
– Что? Нет! – заорала в ответ кошка. – Я нашла их в парке. Они лежали в траве. Скорее всего, их кто-то потерял.
Флопсон и Джек растерянно переглянулись. Кто-то потерял? В парке? Кто бы это мог быть? Неужели Шписке?
– В любом случае, мои запасы почти закончились, – продолжила де Винтер. – Я всё съела.
Тут вмешался Тапс. Он с гордым видом сообщил, что они разработали потрясающий план, ради которого они и осваивали эту сложную пирамиду! Итак, мышиная пирамида выстраивается у Шписке за спиной. Потом самая маленькая мышь осторожно перегрызает ленту, на которой висит пластиковая карта, с помощью которой можно открыть все двери. И в этот самый момент де Винтер должна громко замяукать. Шписке испуганно вскочит на ноги и совершенно не заметит, как ленточка с картой слетят с его шеи.
– Отличный план! – Фридолин восхищённо поцокал языком. – То есть вы хотите спереть эту карту-пищалку?
– Это не карта-пищалка, а карта-открывалка! – поправил его Джек.
– Но она пищит! – стоял на своём Фридолин.
Джек нахмурился.
– И что с этого? – возразил он. – Важно ведь не то, что она пищит, а то, что она ОТКРЫВАЕТ все двери в зоомагазине! Разумеется, это лакомый кусочек. Все хотят обладать этой картой-открывалкой!
Остальные звери дружно кивнули.
– Почему? – озадаченно спросила Флопсон. – Почему все хотят обладать этой картой-открывалкой? Ведь если Шписке такой злой и противный, как ты говоришь, разве не разумно было бы просто держаться от этого зоомагазина подальше?
Майли хитро улыбнулась.
– Да, всё так, – она кивнула. – Но если ты обладаешь этой картой, ты можешь проникать в магазин, когда захочешь. Например, ночью, когда Шписке там нет.
– А в магазине есть всё, что душе угодно! – упоённо воскликнул Фридолин. – Мммм… Еда, вкусняшки! А ещё сено! И солома!
– И игрушки, и семечки, и мячики! – подхватила Майли.
– А ещё лекарства, удобные корзинки и тёплые одеяла, – деловито добавил Джек.
– И ещё больше еды! – подытожил Фридолин.
Честно говоря, Флопсон была в некотором замешательстве. Она не была уверена, как ей стоит относиться ко всему услышанному. С одной стороны, они же полицейские. А полицейские должны осуждать кражи со взломом. Но с другой стороны, судя по рассказам, Шписке был довольно мерзким и циничным типом, который жестоко обращался с животными. Не просто же так Джек категорически отказывается говорить о том, что ему пришлось пережить. И не зря же все звери панически боятся этого Шписке.