— Ты что, понимаешь их? — удивился молодой, посмотрев на меня.
— Скорее чувствую, что он хочет сказать.
— Мда, куда катится этот мир. Волки размером с теленка, медведи с газель, даже саблезубые зайцы есть. Мертвецы отказываются спокойно в могилах гнить. Мало того, сейчас сижу с домовым спорю. Может, это кошмар, и белочка заглянула ко мне на огонек? — произнес он, явно уставшим голосом. — В групповых кошмарах не бывает! О, слышите? Подмога! Так что еще поживем! — произнес он, достав пачку сигарет и протянул ее мне. На что феи среагировали молниеносно, налетели на него, яростно маша руками. — Ладно, ладно, понял я! На улице покурим.— усмехнулся полицейский убирая сигареты, обратно в катман.
Тем временем на улице, судя по звукам, события набирали обороты. Стали раздаваться крики и короткие команды в перемешку с матом, а еще раздавались громкие хлопки, словно кто-то огромными руками хлопал в ладоши. При этом ни одного выстрела не было слышно. Не сдержав любопытства, я приоткрыл дверь и осторожно выглянул, охренев от увиденного. Передо мной разыгрывалось настоящее сражение на берегу реки. С нашей стороны десятка два людей с надписями «ОМОН» на спине, в защитном снаряжении и касках с пластиковыми забралами, стояли в плотном строю, ощетинившись щитами, и работали копьями, словно машинки Зингера, не подпуская к себе ни одну клыкастую харю на длину копья. За их спинами находилась девушка и усердно махала руками, словно мельница; между ее руками появлялся постепенно светящийся шар. Когда он достиг диаметра примерно полметра, она выкрикнула непонятную фразу, и шар подлетел на добрых пять метров над ее головой, затем разделился на десяток небольших шаров, и каждый из них устремился к какому-нибудь хищнику. При контакте происходил громкий хлопок, и хищника, как сломанную куклу, откидывало в сторону.
С другой стороны, хищники под командованием крупного белого волка, который держался позади основной нападающей группы, атаковали людей. Мой взгляд зацепился за то, что из особых крупных волков было трое. Где они? — задал я сам себе вопрос и стал шарить взглядом по окрестностям, лишь случайно заметив едва видимые головы плывущих хищников. Эти твари попытались обойти не по берегу, а со стороны, с которой их явно никто не ждал, обоплыв людей под прикрытием ночного полумрака.
— Тут и без нас разберутся, — произнес полицейский, отодвигая меня в сторону. — Закрывай кораблик и пошли, отвезем тебя до дому. А нам еще отчеты писать и получать выговоры за израсходованный боеприпас и чуть не порванные задницы на британский флаг.
— Там! — и я указал на едва видимые головы, что уже плыли не вдоль берега, а к берегу.
Дальше я действовал больше на инстинктах, чем соображая головой, схватив трубу, устремился к берегу, решив научить этих тварей нырять не выныривая. За моей спиной полицейские, привлекая внимание омоновцев, поспешили за мной. Мои хищники обогнули меня и с ходу сцепились с несколькими волками, которые успели уже выбраться на берег. Не обращая на них внимания, я постарался зайти поглубже и там уже принять бой с волчьим диверсионным отрядом. На глубине им явно теряется мобильность, и им будет не так просто добраться до моего горла.
Я не просто шел по воде, я направился к нашему одноглазому приятелю, которого полицейские не смогли добить. Когда между нами оставалось пару метров, что-то пролетело мимо моего уха, обдав меня воздухом. А единственный глаз хищника брызнул фейерверком кровавых брызг. Хищник пару раз дернулся в предсмертных конвульсиях и издох. Обернувшись в свете звезд, я увидел, как мой домовой вместе с другим выстроились в стрелковый расчет. Один выцеливал очередную жертву, а другой изображал подставку, держа его на плече. Они замерли, затем стрелок облизнул палец и поднял его над головой, проверяя направление и силу ветра, после чего "нажал на курок". Повернув голову в ту сторону, куда он стрелял, я увидел очередного хищника в смертельных конвульсиях. "Ворошиловский стрелок, мать его за ногу", подумал я. Зная о его снайперских способностях раньше, может, все и сложилось бы по-другому. Хрен бы я тогда полез с хищниками в воде бултыхаться.
Да и здравого смысла в моих спонтанных действиях не было. С какой стати я решил, что какая-то железка поможет мне против хищников, которых пули почти не берут? Это все равно что разъяренного быка прутиками хлестать. Толку — ноль целых, хрен десятых. В воде я больше отталкивал хищников от себя, чем бил по их чугунным черепам. Крутился в воде, как уж на сковородке, изо всех сил не подпуская к себе хищников. Даже несколько раз приходилось нырять, подводя свою мокрую "пятую точку", которая в последнее время заминирует мне мозги. Бой постепенно затихал; хищников переплыло не так уж и много. Часть перебили "ворошиловские стрелки", другую перегрызли мои волки. Четверых тварей утопили феи — их магические силы перезаряжались, и, находясь в безопасности, они разрядили их в плывущих на глубине хищников. Нескольких монстров омоновцы прикладами забили, предварительно разрядив в них последние свои патроны.