— Сара, мы можем стоять здесь еще долго, а у нас много дел. Нам лучше согласиться, — шепчет Камилла.
— Я не люблю тесноту. — Указываю большим пальцем на задние сиденья «Феррари» - настолько тесные, что годятся разве что для худющих супермоделей.
Брэндон окидывает взглядом заднюю часть кузова.
— Это легко решаемо, Мартинелли. Франц, ты же поместишься там? — обращается он к агенту, с лица которого сразу же слетает улыбка.
— Да, — процеживает он сквозь зубы, явно недовольный просьбой пилота.
Брэндон делает жест, призывающий агента выйти из машины. Я в замешательстве. Не то чтобы мне не хотелось поговорить о сотрудничестве с Эджертоном. Просто… Его внимание мне кажется чрезмерным.
Франц выходит из «феррари», наклоняет переднее сидение вперед и пропускает внутрь радостную Камиллу, а затем садится рядом с ней сзади. Брэндон в это время посматривает на свой блестящий патек и пальцем поглаживает руль.
Вздыхая, я сажусь в низкую «феррари». Регулирую сиденье так, чтобы меня не мучила совесть за бедного Франца, зажатого позади.
Мы трогаемся. Мотор машины приятно рычит.
— Мартинелли, как тебе машина? — Гонщик гордо улыбается.
— Несомненно, она прекрасна. Аренда?
— Нет, привез с собой. Люблю кататься на собственных машинах.
— Так что по поводу сотрудничества?
— Да-да, Мартинелли, сейчас мы всё обсудим. Только заедем куда-нибудь перекусить. С прошлого интервью, мне кажется, ты еще больше похудела.
— Брэндон…
— Ой, Сара, мы же с тобой почти друзья! Давай просто насладимся вечером Бахрейна!
— Мы на работе, — возражаю я. И вздыхаю, понимая, что спорить бесполезно.
Брэндон уверенно ведет машину по улицам Бахрейна, и я не могу не отметить его мастерство за рулем. Мы подъезжаем к небольшому ресторанчику, расположенному на набережной.
— Здесь подают лучшие морепродукты в городе, - говорит гонщик, паркуя «феррари».
Мы выходим из машины. Камилла и Франц явно рады возможности размять ноги после тесноты салона. Брэндон галантно открывает передо мной дверь ресторана.
Внутри прохладно и уютно. Официант провожает нас к столику у окна с видом на море. Брэндон делает заказ для всех, не спрашивая нашего мнения. Обычно такое поведение злит меня, но сейчас я слишком голодна, чтобы спорить.
— Итак, Сара, - начинает Брэндон, когда нам приносят напитки, - я хочу предложить вам эксклюзив.
Я поднимаю бровь, заинтригованная. Эксклюзивные материалы - это всегда хорошо для журнала.
— Я планирую перейти в «Формулу-1» в следующем сезоне, - продолжает он. — И хочу, чтобы вы освещали мой путь. Эксклюзивные интервью, закулисные съемки, все такое.
Я задумываюсь. Это действительно интересное предложение, но что-то меня настораживает.
— А почему именно мы? - спрашиваю я.
Брэндон улыбается, наклоняясь ближе.
— Потому что ты лучшая, Сара. И потому что я хочу, чтобы ты была рядом.
Его слова звучат двусмысленно, и я чувствую, как напрягается Камилла рядом со мной. Франц же делает вид, что увлечен меню.
— Это профессиональное предложение, Брэндон? - уточняю я, стараясь сохранять нейтральный тон.
— А как ты хочешь? - отвечает он вопросом на вопрос, и его улыбка становится шире.
Я чувствую, как внутри меня нарастает раздражение. Эджертон явно пытается флиртовать, и это действует мне на нервы.
— Брэндон, давай будем профессионалами, — говорю я твердо, стараясь сохранять спокойствие. — Если у тебя есть конкретное предложение для нашего журнала, я готова его выслушать. Но если ты пытаешься смешать личное и деловое, то не стоит это делать.
Брэндон откидывается на спинку стула, его улыбка меркнет.
— Ладно, Сара, ты права. Извини, если я перешел черту. Давай поговорим о деле.
Я киваю, чувствуя облегчение от того, что мой собеседник понял намек. Камилла рядом со мной немного расслабляется.
—Вот моё предложение, - начинает Брэндон уже деловым тоном. — Эксклюзивные права на освещение моего перехода в «Формулу-1». Интервью, закулисные съемки, доступ к тренировкам. Всё это в обмен на позитивное освещение и... скажем так, дружественный подход к любым возможным проблемам.
Я прищуриваюсь.
— Что ты имеешь в виду под «дружественным подходом»?
Брэндон пожимает плечами.
— Ну, знаешь, в гонках всякое бывает. Иногда случаются инциденты, недопонимания. Я просто хочу быть уверенным, что вы будете на моей стороне.
Я едва справляюсь с возмущением. Эджертон фактически просит нас искажать факты в его пользу.
— Брэндон, — начинаю я, стараясь держать себя в руках. — Мы - журналисты. Наша работа - освещать события объективно. Если ты ищешь кого-то, кто будет просто петь тебе дифирамбы, то тебе нужно обратиться в PR-агентство.