– Ты бы ей понравилась. – Макс задумчиво меня рассматривает.
– Ну и? Так познакомь нас?
– Она умерла.
Я замираю, понимая, насколько глупо выгляжу со своей бестактностью.
– Прости.
– Ты в этом не виновата. Я был маленьким как этот мальчик. – Он кивает в сторону мальчишки, карабкающегося по канатной лестнице. – И тогда я не понимал почему это произошло. Но теперь…
– Произошло что? – Его страдающее лицо выдает нечто, что я обязана узнать.
– Когда мама попала в аварию, она перестала ходить. А потом, спустя год… Она решила уйти окончательно. Чтобы не быть обузой. Так написала она в своей записке.
У меня не остается слов. Я впервые не знаю, что сказать. Для ребенка это катастрофа…
– И ты считал ее обузой? – внезапно срывается у меня с губ.
– Нет. – Его глаза краснеют, я понимаю, что он на грани. – Она умоляла отца найти другую женщину, чтобы та могла позаботиться обо мне и о нем… Заново создать семью. А я просто хотел быть с ней.
По моей щеке скатывается слеза. А затем еще одна. Макс поднимает руку, чтобы утереть своими теплыми пальцами мои слезу.
– Я не хотел расстраивать тебя своим рассказом. Я хочу видеть, как ты улыбаешься.
– Жизнь не сделана из роз и цветов. – отвечаю ему. – Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить такое в столь маленьком возрасте. Я уверена, твоя мама тебя очень любила.
Макс закрывает свои глаза ладонью, и я понимаю - он плачет. Я поднимаю взгляд на горизонт. Лучше выплаканные слезы, чем разрывающая изнутри безысходность.
Я оставляю Макса в тишине и молчу, чтобы не сморозить лишнего. Мятное мороженое плачет голубыми каплями на асфальт.
– Я думаю, нам стоит вернуться. – просит Макс, успокоившись. И я молча качу коляску к реабилитационному центру.
В палате я собираю свою сумку, чтобы вернуться в Милан. Перед выходом Макс берет меня за руку.
– Камилла, не теряй со мной время.
Я закрываю глаза, придумывая в голове что бы ответить, чтобы он перестал от меня отдаляться. Но, с другой стороны, рассказ о его матери меня задел, и я просто не могу связать двух слов. Я не могу назвать его дураком. Я не могу влепить ему пощечину. Ему сейчас больно. Безумно больно, а я еще лезу со своей уязвленной гордостью. Поэтому я просто оставляю его подумать.
– Если ты хочешь – можешь позвонить мне в любое время.
Я чмокаю его в щеку.
– И еще. Мне просто нравится быть с тобой.
Глухая тишина реабилитационного центра поглощает мои слова, словно Макс не желает их слышать. Я выскальзываю в коридор. Пара часов и я в Милане.
Глава 15
Сара
Настоящее время.
Монца, Италия.
Дождь барабанит по крыше моторхоума. Я прощаюсь с Алексом, чтобы выйти на улицу и направиться к Эджертону.
Прошел почти месяц с момента нашей гонки на картинге. Летняя гоночная пауза еще больше сблизила нас с Алексом. Приходилось скрываться, так как афиширование наших отношений негативно сказалось бы на журнале Motors Magazine. Теперь, пришло время рассказать миру о нас. Но этому должна предшествовать твердая точка в сотрудничестве с Брэндоном.
Я уже предупредила Франца, агента Эджертона, но тот отказался принимать на себя ответственность и посоветовал мне поговорить напрямую с Брэндоном: ведь именно он настаивал на эксклюзивных интервью. И этот трус еще называется агентом! Кажется, что настоящие обязанности Франца —просто быть нянькой и докладывать о действиях Эджертона-младшего Эджертону-старшему.
Подозреваю, что, когда Брэндон упорствовал на эксклюзиве, целью была не я, а самообладание Алекса. Я помню, как Брэндон расспрашивал меня о слабостях Росси, и хорошо, что я тогда промолчала вопреки моему тогдашнему желанию отомстить Алексу за прошлое.
Конечно, Роберту это не понравилось. Этому человеку плевать на успехи сына, даже слепому понятно. Он использует гонки и талант Брэндона для своих целей, иначе его не волновали бы так наши предупреждения о рискованности инвестиций в криптовалюту. Роберту необходимо, чтобы как можно больше людей узнали о криптобирже и доверились её владельцам, принося им свои сбережения. А наше сотрудничество с Брэндоном предполагает, что все его интервью, связанные с чемпионатом «Формулы-1», помимо каких-либо организаторских, берет на себя Motors Magazine, точнее, я, которая пытается предостеречь своих читателей. Если бы Роберт заставил сына давать интервью с подобной тематикой другим СМИ, это противоречило бы нашему договору.
Бесспорно, мой журнал от этого много выиграл. У нас имелись два лидирующих гонщика «Формулы-1» с эксклюзивным материалом на постоянной основе. Даже мой отец может только мечтать об таком!