Однако у каждой стороны есть свои вторичные интересы, создающие конфликт, и сейчас самое время поставить все точки над «i».
Монца встречает нас нетипичной итальянской погодой — серой и промозглой. Словно осень решила прийти на месяц раньше. Журналисты снуют туда-сюда, как муравьи в растревоженном муравейнике. Воздух пропитан запахом кофе и нервным возбуждением.
Я набираю воздух в легкие, чтобы глубоко вздохнуть и набраться терпения. Я уже давно приняла решение, что больше не могу брать интервью у Эджертона и что исходя из конфликта интересов мне необходимо отойти от сферы «Формулы-1», пока наши отношения с Алексом не стали всеобщим достоянием. Даже если это будет стоить мне неустойки по договору. И я иду по направлению кQuantum Racing Team, чтобы поговорить с Брэндоном.
Я захожу в бокс, где разворачивается аккуратная настройка болидов, и ищу глазами Эджертона, который должен быть где-то здесь.
— Де Бернардис! — слышу мужской голос.
Кровь стынет в жилах. Только Алекс знает мою фамилию, но это не он…
Я оборачиваюсь - и вижу знакомое лицо. И узнаю Дэна - того самого, что восемь лет назад постоянно грозился мне доказать, что девчонкам не место в картинге. Я вспоминаю слова Алекса о том, что Дэн собирался со мной сделать во время гонки.
Сейчас этот ублюдок одет в форму механика команды Брэндона.
— Это и правда ты! — Он присвистывает, и от этого звука мне становится противно. — Или ты предпочитаешь чтобы тебя звали Мартинелли?
Я нервно сглатываю. Дэн знает обо мне как о Мартинелли, и это не тревожить.
— Это я, Дэн.
Он нагло оглядывает меня с ног до головы, а я стараюсь не показать своего желания врезать этому придурку.
— Мне пора. — Я прохожу мимо него в глубь боксов.
— Эй, я был прав, юбки тебе идут больше, чем гоночная форма. — Дэн мрачно смеется, и я замечаю, что это привлекает внимание других людей, находящихся в боксе.
Я резко разворачиваюсь, чувствуя, как кровь закипает в венах. Дэн смотрит на меня с ухмылкой, которая так и просится на кулак.
— Знаешь что, Дэн? Ты был прав. Юбки мне действительно идут больше, чем гоночная форма. — Я делаю шаг к нему, понижая голос. — Потому что в юбке я могу надрать задницу таким, как ты, не испачкав комбинезона.
Его ухмылка дергается, но он быстро восстанавливает самообладание.
— Ого, Де Бернардис, а ты здесь, чтобы порадовать Эджертона? Или просто заблудилась? Сюда вход посторонним запрещен.
Я чувствую, как краска приливает к щекам. Я уже привыкла, что команда Брэндона знает меня в лицо, и поэтому не показываю свой журналистский пропуск каждому. Вытаскивать его, чтобы показать этому ублюдку, который, я уверена, прекрасно знает, зачем я здесь, это всё равно что признать его власть надо мной, подчиниться. Что угодно, только не это. Я не собираюсь уступать даже на каплю, поэтому готовлюсь высказать все, что думаю о Дэне, начиная с того, насколько он отвратительный человек.
— Она здесь со мной. — За спиной Дэна вырастает Брэндон и угрожающим взглядом заставляет умолкнуть придурка. Рядом появляется Эджертон-старший и окидывает меня таким взглядом, словно я голубиный понос, свалившийся на его плечо. — Привет, Сара, ты вовремя. Мой отец как раз хотел с тобой поговорить.
Поговорить? Похоже, что Роберт просто хочет стереть меня со своего поля зрения. Я киваю Брэндону, стараясь не выдать своей тревоги. Одно хорошо: Дэн отступает, но его взгляд все еще прожигает мне спину.
— Привет, Брэндон. Как успехи? — интересуюсь я, следуя за обоими Эджертонами в более тихую часть бокса и стараясь смягчить напряженное молчание.
Роберт выглядит недовольным. После нашей последней встречи я тщательно подбирала информацию о криптобирже Quantum Racing Team, маркируя как спонсорский контент с соответствующими предупреждениями о рисках. Однако меня по-прежнему смущала настойчивость Франца, агента Брэндона, который постоянно требовал от меня увеличить в интервью число вопросов, связанных с криптобиржей, в то время как я старалась сосредоточиться на достижениях Эджертона. Именно поэтому я и поняла, что отцу глубоко плевать на успехи сына. Уверена, Роберт будет только рад, если нашим с Брэндоном эксклюзивным интервью придет конец. Тогда он может заставить… Нет, просто сделать так, чтобы рядом с именем Брэндона всегда звучало название его криптобиржи. Роберт - мастер манипуляции, ему всё удастся. У меня все внутри сжимается от неприязни. Как можно так относиться к собственному сыну?