С трудом расцепив сжатые челюсти, он всё же выдавил:
— Каковы… задачи?
Савва внимательно взглянул на него через зеркало, увидел в глазах не страх, но — волнение и понимающе кивнул.
— Вести себя спокойно. Не поддаваться на провокации, если таковые будут, понял, Псих? Ты понял?
— Да понял, понял, — Валера раздражённо дёрнул плечом. Видать, не зря Савва это сказал, ох, не зря.
— Но и быть начеку. Ждать. Если всё пойдёт, как надо, мы выйдем из переговорной комнаты и уедем тем же макаром, каким прибыли. Если нет… там посмотрим. В любом случае, парни, не забывайте, кто вы есть. Но становиться ими только в крайней необходимости.
Закончил он уже еле слышным бурчанием. Зави-и-идует, видно же невооружённым взглядом. Вон, отвернулся, смотрит в окно, молчит.
Медвежатник, может, чтобы разрядить обстановку, а может он всегда так делал: вдруг начал по-стариковски бурчать и громко возмущаться:
— Нет, ну как хорошо было ещё года три назад, а, Савелий?! Я говорю, хорошо было, когда видеорегистраторов этих на машинах не было! Тогда нарваться на кого-то с камерой можно было разве что по чистой случайности. Ну или вот в США у полиции — так то у полиции, да. А сейчас у всех!
Суперпупс не понимал, почему этот факт так заботит Медвежатника. Он погрузился в свои мысли, пытаясь предугадать, что же может произойти, и смоделировать собственные действия. Вдруг он почувствовал прикосновение. Тонкие пальцы дотронулись до ноги. От неожиданности он чуть не подпрыгнул и хотел было взглянуть вопросительно на Ольгу, но та еле слышно, но недвусмысленно шепнула ему: «Не надо». А потом ещё: «Руку».
Что бы это значило?
Дима не успел обдумать и это. Лишь только его рука подтянулась к её руке, она всунула ему в ладонь какой-то предмет, сжала его пальцы, вновь едва слышно шепнула: «Спрячь». И убрала руку.
Диме стоило немалых усилий не посмотреть тут же, что же это ему всучили. Он сделал вид, что устраивается поудобней, а сам тем временем умудрился сунуть руку в карман, освобождая ладонь от клочка бумаги — наконец, понял, что это. Записка!
Всё интереснее и интереснее.
— Сейчас же приходится выбирать безлюдные места или незагруженные трассы, чтобы Ольга начала работу, — продолжал тем временем Медвежатник. Он что, специально отвлекал на себя внимание у Саввы и Психа или это просто стечение обстоятельств? Как неожиданно всё усложнилось! — Кстати, дорогая, приготовься, сейчас…
— Я помню, — Леди расслабленно откинулась на спинку кресла, уставилась прямо перед собой.
— Дима, Ольгу не отвлекать! — рявкнул Савва. Суперпупс и не собирался, но после этого оклика от греха подальше отвернулся от Леди.
Они свернули в какую-то малоприметную улочку, выводящую, судя по мелькающим на большой скорости в просвете придорожных деревьев, нависших над дорогой, на окружную. Медвежатник угрём закрутился на месте, смотря во все стороны, что-то пробубнил под нос, а потом негромко сказал:
— Пойдёт!
В то же мгновение Дима ощутил лёгкое покалывание, волной прошедшее по нему от одного бока к другому. Словно обдуло ветерком. Странное чувство даже не успело занять Суперпупса: он тут же переключился на то, что происходило снаружи. Машина ускорилась. Вся машина, разом. Это он заметил по тому, как плавно, но невероятно быстро замедлились (как ни парадоксально звучит эта связка слов) машины, как еле пробивающиеся, но всё же пробивающиеся звуки сменили тональность. Он вспомнил, что Инга говорила о своей маме, об её способностях. Вот тебе и наглядная демонстрация! Вся машина разом ускорилась. Все, кто сидел в ней, оказались в коконе ускорения.
Это было непривычно и необычно! Для Димы. Савва удовлетворительно закряхтел, с ухмылкой посмотрел на несколько пришибленного Диму и подмигнул ему. А Медвежатник встряхнулся, увеличил скорость — и покатил по дороге, осторожно огибая застывшие тарантасы, всякий раз находя обходные пути, не гнушаясь порой свернуть на встречку или вырулить на тротуар. Удобно! Хотя и очень опасно.