То же относится и к кораблекрушению. Где я и где корабли тонут? Это же тысячи и тысячи километров! Разве что какой катер тут на реке перевернётся, но опять же: дело в этом случае решают максимум минуты! А пока узнаешь и пока прибежишь, могут пройти десятки минут, часы! Будет уже слишком поздно.
Автомобильные аварии? И вновь, и даже больше — только тогда сумеешь спасти кого-нибудь, когда эта авария будет происходить буквально на твоих глазах. Только в этом случае возможно отреагировать адекватно быстро. Либо же — спасать человека из обломков машины в том случае, если остальные (а у нас зачастую именно так) боятся подойти ближе, боясь взрыва.
Нападение воров? Опять же — если находишься рядом с преступлением. Только тогда можно задержать грабителей. По горячим следам, распознав в убегающих тех самых преступников. Уже через несколько минут можно даже не рыпаться.
Захват заложников? Террористы? А вот тут да, и об этом я уже думал раньше. К антитеррористическим организациям, к руководству спецназа идти глупо: уроют, растащат на сувениры, превратят в VIP-подопытного кролика. Но ведь можно помогать и незримо! Можно выходить с ними на задания и освобождать заложников без лишнего риска для самих заложников и для бойцов спецназа! О да, это можно. Только вот такое происходит нечасто. Чаще всего спецназ привлекают для выемки документов у конкурентов государственных чиновников. Для транспортировки опасных преступников. Для рейдерского захвата лакомого предприятия. ОМОН нынче — ручная собачка власть имущих. По делу (и может быть даже «слава богу», ведь в таком случае это означает, что работы для них нет) их привлекают крайне редко. Они — дубинка для оппозиции и предупреждающий плакат для возможных террористов. Силовое звено, так сказать. В основном-то с врагами государства борются разведчики и внедрённые агенты. А я туда — повторюсь — не хочу.
Что ещё остаётся? Ах да, пожары. Спасать из пожара как раз можно. И нужно! Вот только требуется специальная одежда и оборудование. В огонь голому-босому лезть не стоит. Без маски или противогаза — тем более. Говорят, если вдохнуть этот угарный газ, то всё, капец. Да что там «говорят»! Помнится, у одноклассника так папаня и умер. Увидел дым в своей хате, побежал разбить окно, чтобы дым высосало… не добежал. Задохнулся по пути к окну. Ну и где мне взять защитную одежду? Все эти брезентовые костюмы, защитные каски, баллоны эти кислородные. Небось, в магазине МЧС — а такие наверняка где-то есть, может даже и в Интернете поискать — такие одёжки и оборудование стоят неслабо. Где же взять деньги? «Где деньги, Зин?» А может, у самих пожарных есть так сказать списанные костюмы? А кислород взять у аквалангистов… ага, и он ка-а-ак рванёт в огне! Блин, да во что они одеваются-то?
Кстати, если мне не изменяет память, тут как раз недалеко пожарная часть. Пойти, посмотреть, что ли? Так и сделаем».
Дима быстро сориентировался, перебежал дорогу и чуть было не налетел на две машины пожарных, выруливающих на проспект. Проблесковые маячки мигали синим: пожарные ехали на вызов!
«О-па-па. На ловца и зверь бежит! Вот и первое испытание. Ну что, за ними? А может, впереди них? Куда они едут-то? Не видать?»
Дима вывалился из ускоренного состояния и суматошно заозирался, стараясь выцепить дым, крики, всё то, на что указало бы на пожар. Но нет, ничего. Вновь нырнул в ускорение, сокрушённо долбанул себя кулаком по затылку: опять забыл, что на людях, ведь кто-то может заметить!
Дима бежал чуть впереди от едущих машин службы «01». Но ведь это не заграница, тут предпочитают замечать в последнюю очередь и уступать дорогу нехотя, как бы делая одолжение. Потому и «скорые» у нас, бывает, не успевают на вызов. Потому и пожарные приезжают к пепелищу. Потому и воры уходят с места преступления, насвистывая и не торопясь. Пока беда самого не коснётся, человек не обращает внимания на тех, к кому несётся помощь. Не к нему же!