— Значит, ты не поступила бы так со мной? — он зло рассмеялся. — Ну, любовь моя, а как теперь насчет меня?
Кэсс побледнела и отрицательно качнула головой.
— Нет! Ты все время оставлял меня неудовлетворенной, а сам имел, что хотел. Теперь была моя очередь.
Стив откинулся на спину и расслабился, но его гнев еще не прошел.
— А что ты думаешь. Касс, о таком мужчине, как Руфус Клейтон? Он использовал твою мать как племенную кобылу, он насиловал ее, он заслужил твое презрение, так ведь? Ну, а ты — дочь своего отца, дорогая!
Кэсс остановилась посреди комнаты, прижав руки к животу.
— Ублюдок! Тебе тоже нравилось. Да!
— Так говорят мужчины вроде твоего отца. Ну и что, если мне нравилось? Многим женщинам тоже нравится заниматься любовью. Но им не нравится, когда их насилуют. Ты ханжа! Думаешь, раз твой отец был животным, это оправдывает все, что бы ты ни делала со мной? Ты — насильница!
Кэсс бросилась к веревке, освободила правую руку Стива и отскочила. Но он не сделал попытки подняться.
— Я не такая, как Руфус, — выдохнула она. — Убирайся отсюда к чертовой матери.
Касс повернулась и, сдерживая слезы, вышла из комнаты.
Когда дверь за нею закрылась, Стив уткнулся головой в матрас, задыхаясь от отвращения к себе. Он до смерти устал и от самого себя, и от этого нелепого «брака».
Глава 11
Кэсс, не помня себя, сбежала по лестнице. В конюшнях сейчас никого нет, но она не станет будить старого конюха Реда Куртиса и сама оседлает лошадь. Пока у нее нет сил встречаться с людьми.
Подойдя к стойлу своего любимого Ангела, она принялась за дело. У крупного жеребца с умной белой мордой иногда было плохое настроение.
— Стой спокойно, иначе я тебя кастрирую! — бормотала она, подтягивая подпругу. — Мне ни к чему твой отвратительный мужской темперамент!
Ей предстояло обсудить с Кайлом детали предстоящей длительной поездки в Форт Юньен, но она решила, что прогулка верхом на свежем воздухе поможет ей справиться с гневом, унижением и болью. Стив сидел в одиночестве за обеденным столом и пил уже третью чашку ароматного зеленого чая, игнорируя стоявшую перед ним еду.
После ухода Кэсс он долго лежал в ванне, чтобы успокоиться и укротить свое приводящее в ярость неудовлетворенное желание. Стерва! Безжалостная, ненормальная, взбалмошная, красивая, желанная, сводящая с ума… стерва! Он резко отодвинул чашку, уставился на фарфоровую тарелку с омлетом, потом сжал руками голову, чтобы унять боль.
В таком состоянии и нашел его, войдя в столовую, Кайл. «Он выглядит не лучше Кэсс», — подумал техасец, увидев сутулую спину и налитые кровью глаза.
— Должно быть, вы действительно напились на вчерашней вечеринке, — сказался, осторожно придвигая стул. Льняные скатерти всегда нервировали его, поэтому Вера принесла ему любимый черный кофе в оловянной кружке.
— , Как вы можете выносить эту дрянь? — Кайл сморщился, понюхав чай.
— Он идет намного легче, чем ваши чернила.
— Тогда пейте. Завтра мы отправляемся на равнины. Прекрасная страна в тысяче миль от поля, семидесяти милях от леса, в пятнадцати — от воды и только в двенадцати дюймах от дьявола!
— Звучит красиво, — хмуро ответил Стив. — Но я вряд ли увижу Форт Юньен.
Кайл нерешительно помолчал, не зная, как спросить о том, что его интересовало.
— Будет очень длинная поездка: горячие ветры, пыль, такая густая, что по ней можно плыть, град пуль в местных стычках.
— Другими словами, это не место для новичка, — сухо произнес Стив. — К тому же моя любимая жена не захочет об этом слышать. Ей нужны только определенные услуги, — язвительно добавил он.
Кайл внимательно смотрел на хмурого мужчину, сидящего перед ним.
— Я считаю, что в любом случае вам нужно ехать, нравится ей это или нет.. Кстати, Лоринг, как-то я уже говорил вам, чтобы вы не обращались с ней грубо. А я — человек, который страшно не любит повторяться.
Стив зло засмеялся.
— Я обижаю ее! Забавно! А теперь почему бы вам не пойти к черту?!
— Что вы с ней сделали? Она молчит, но я никогда не видел ее такой подавленной, как сегодня утром, такой… — Кайл подыскивал слово, чтобы описать состояние Кэсс. Сексуальное разочарование вдруг отошло на задний план, Стив сразу вспомнил чуть не плачущую жену и Вновь почувствовал и вину, и злобу.
— Я ничего не сделал, Кайл. Это она сделала! О, дьявол, я не обсуждаю с посторонними, что происходит в постели между мною и моей женой. Скажем, я назвал вещи своими именами.
— Что это значит?
— Она поступает, как Руфус Клейтон, и я сказал ей об этом, — защищался Стив.
— Ты что? — Кайл начал подниматься, но, взяв себя в руки, снова сел.
Понимая, что Кэсс, должно быть, спровоцировала мужа, он пытался взглянуть на вещи объективно. По правде говоря, этот мужчина как раз то, что ей надо, и Ханникат надеялся, что Кэсс тоже нравится таинственному пришельцу с востока.
— Мне нужно кое-что рассказать вам. Только между нами. Кэсс рассказала мне об этом за бутылкой виски. Она обычно не пьет, но тогда она просто не справилась с подъемом в гору из-за того осла. Хочу рассказать о Кэсс и ее папаше, а вы послушайте…
На рассвете они снова отправились в Скалистые Горы, только на этот раз повозки двигались на юг, к горячей пустыне Аризоны, и встречающиеся на пути придорожные ранчо были единственным намеком на цивилизацию.
Так как Форт Юньен являлся основной базой, откуда армия отправляла провиант во все пограничные пункты Юго-Запада, обоз состоял из большого числа повозок. Наблюдая, как погонщики ловко запрягали огромных ревущих быков, хлопали своими хлыстами и ругались, Стив не переставал удивляться, насколько быстро он успел привыкнуть к трудной жизни в этих отдаленных районах.