— Может быть, завтра. Кайл, — тихо ответила она. — Может, мне действительно следует показаться доктору Элснеру. Я хотела чуть окрепнуть перед поездкой в Денвер, но сейчас… — она покорно пожала плечами.
— Отдохните и забудьте о Денвере, — сказала Бетти, злобно посмотрев на Кайла.
— Мне нужно отлучиться по делам. Касс. Думаю, с тобой ничего не произойдет, если я уеду на пару дней? — тихо спросил он, не обращая внимания на служанку.
— Да, Кайл. И обрати внимание на Бэннета Эймза вместо меня. Я здесь справлюсь. Да, Кларк остановился на прошлой неделе в Сент-Луисе. Как он справляется. Кайл? Кажется, ему сейчас нелегко.
Ханникат почесал затылок.
— Ну, там у нас давно краж не было. Что сказал о нем Крис? Его работа — вести учет скота.
— Крис не любит его почти так же, как… Она вдруг замолчала, но техасец знал, что она хотела сказать «так же, как и Стив».
— Хватит разговоров о работе. Неужели вы не видите, что расстраиваете миссис? — сердито сказала Бетти.
— Береги себя, Кэсс. Я вернусь быстрее, чем погонщик справится с бочонком виски.
Боль была мучительной, и она судорожно вцепилась руками в мокрые простыни. Все постельное белье промокло от ее пота.
— Воды, Бетти, дай мне воды, — кричала она между схватками.
— Лучше попейте чудесного теплого чаю. Он на травах, которые облегчат боль.
Кэсс старалась отхлебнуть горячей горькой жидкости, но потом с отвращением отодвинула чашку.
— Нет, не надо больше. Принеси мне воды… холодной… простой… воды, — выдавила она из себя.
— Но ваша боль…
— Боль у меня почти каждый день, а роды все не наступают, — ответила Кэсс, когда схватки утихли. — Может, боль мне нужна.
Она посмотрела на Розарио, которая стояла с другой стороны, крепко держа ее руки.
Старая повариха не была акушеркой, на роль которой претендовала Бетти Уэйд, однако видела за свою жизнь много родов и понимала, что сейчас происходит что-то неладное.
— Сеньора, все будет хорошо. Первый ребенок всегда долго рождается. Я принесу вам воды из родника. Прекрасной и холодной.
Розарио поднимала ведро с водой, когда услышала стук копыт и, увидев слезающего с коня Ханниката, перекрестилась. С ним был незнакомый человек в городском костюме и с кожаным чемоданчиком.
— О, сеньор Кайл, я так счастлива видеть вас!
Сеньора рожает, но роды проходят неблагополучно. Кайл побледнел и взглянул на своего спутника.
— Видите, я не напрасно привез вас, доктор. Джон Элснер проворно направился к дому.
— Давно начались роды? — спросил Джон Элснер старую мексиканку, когда они торопливо шли к дому.
— Вчера вечером, сеньор.
Она посмотрела на его чемоданчик и с надеждой спросила:
— Вы доктор?
— Да, я врач, — Элснер уже открывал входную дверь.
Подойдя к комнате Касс, он услышал ее слабый, задыхающийся крик.
— Кто вы? — спросила Бетти Уайд с подозрением.
— О, Джон, слава богу, вы приехали, — прошептала Касс. — Я так боюсь за ребенка, так боюсь.
— Не надо беспокоиться, Кассандра. Делайте короткий неглубокий вдох и выдох, да, вот так, легко. Теперь расслабьтесь. Очень рад, что ваш друг Кайл приехал ко мне, я ведь просил вас поскорей вернуться в Денвер, — говорил Элснер, начав осмотр.
Бетти с минуту стояла молча, потом, оскорбленная, принялась поправлять простыни.
— Я ухаживаю за миссис!
— Это доктор, и он сможет приглядеть за Кэсс. У тебя нет диплома об окончании высшей школы в Англии… — произнес подошедший Кайл.
— В Австрии, — с усмешкой прервал его Элснер, наклоняясь над Кэсс.
— Ну, по мне все иностранцы из Европы всегда приезжают из Англии.
Кайл крепко схватил служанку, лишив ее всякой возможности сопротивляться, хотя она была на добрых четыре дюйма выше его.
— А теперь убирайся, пока доктор будет делать свое дело. Розарио ему поможет, — с этими словами он не слишком любезно вытолкал ее за дверь.
— С какими интервалами проходят схватки? — нахмурившись спросил Элснер. Когда наступал короткий отдых, он продолжал расспрашивать Кэсс о ее самочувствии за последний месяц, когда он не мог наблюдать за ней.
Кайл дежурил в гостиной, Розарио то и дело ходила из кухни в спальню, и выражение ее лица совсем не утешало его. Около полуночи он услышал, как мучительно вскрикнула Касс. Это был ее первый крик, с тех пор как они с доктором приехали на ранчо.
Кайл медленно пошел по длинному коридору к дверям спальни. Теперь он мог ясно различить ее рыдания и тихий голос доктора Элснера. Ледяной страх сдавил его сердце.
В тот момент, когда он взялся за ручку, дверь открылась, и вышла Розарио. От вида ее заплаканного лица у закаленного маленького вояки подкосились ноги.
— Кэсс… — прошептал он.
— Сеньора жива, только ребенок мертв, — сказала по-испански Розарио.
Старая мексиканка произнесла это едва слышно, но Кайл достаточно хорошо знал испанский, чтобы понять ее.
Новорожденный мальчик умер. Кэсс пока жива.
Но сколько ей осталось? Он неловко стоял у открытой двери, а Розарио поспешила на кухню.
Кайл увидел маленький сверток, лежащий на комоде против кровати Касс. Доктор Элснер вытирал салфеткой свое побелевшее лицо. Она была без сознания, но продолжала рыдать, бормоча слова, которые Кайл не мог разобрать. И тем не менее он знал, что она говорит.