В отношении любви и брака Рей тоже составил определенное суждение. Нельзя сказать, чтобы он был человеком недалекого ума или склонен был осуждать тех, чья жизнь сложилась не столь удачно, как, он надеялся, со временем устроится его собственная, но Рей полагал, что если действовать тонко, проявляя необходимый такт и деликатность в том, что касается взаимоотношений полов, то это верный путь к успеху, как означенные выше достоинства неизменно служат или должны служить прочной основой преуспевания в делах материальных и практических. Необходимо мало-мальски разбираться в женщинах. Начиная ухаживания, нужно быть уверенным, что ваша избранница наделена не только очарованием, но и здравомыслием, что она происходит из хорошей семьи, а потому отличается тонким вкусом и благонравием. Ей не обязательно быть богатой, она может быть даже бедной, но мужчина должен удостовериться, что любит ее. Слишком уж многие бросались ухаживать за женщиной, воображая, будто любят и пользуются взаимностью, принимая за любовь лишь глупую мимолетную страсть. Рей хорошо это знал. А сколько было вокруг хитрых интриганок, распутниц, капризных ветрениц! Такие женщины не помогли бы серьезному мужчине преуспеть в жизни, выбери он одну из них себе в жены. И все же в мире хватало глухих уголков, где встречались весьма здравомыслящие и достойные девушки; всякий мужчина почел бы за честь жениться на подобной особе, и такую Рей собирался избрать для себя. Однако и здесь следовало проявлять осторожность, ведь можно жениться на девице слишком уж твердолобой и чопорной, которая ничего не знает о мире, и потому полна предрассудков. Нет, Рею нужна была девушка умная, дельная, практического склада и вместе с тем мыслящая широко, если таковую возможно было найти; девушка, не уступающая ему в уме и рассудительности.
Рей служил секретарем у некой важной персоны, когда встретил у себя в конторе девушку, воплощавшую в себе, как ему показалось, почти все добродетели и совершенства, которые он полагал необходимыми. Единственная дочь скромно обеспеченных родителей из ближнего пригорода О., она, конечно же, была очень умелой и добросовестной стенографисткой. Если вам доводилось бывать в том солидном предместье, откуда она родом, то поймете. Девушка была по-настоящему хороша собой и, казалось, нередко проявляла практичность и здравомыслие, однако во многом оставалась во власти указаний, наставлений и убеждений, внушенных ей дома, в семейном кругу и в церкви. Три этих мира с их непреложными правилами представлялись ей столь незыблемыми и значительными, столь велико было ее почтение перед ними, что самый строгий ревнитель благопристойности и добродетели не пожелал бы лучшего. Как вскоре поведал мне Рей, поскольку всякий раз при встрече мы рассказывали друг другу обо всех своих делах, она была ярой противницей театров, танцев, ресторанов и всевозможных развлечений в будние дни, как и всего, что у нее дома или в церкви могли бы расценить как осквернение воскресного дня. Я припомнил, что он описывал эту девушку как пока еще косную, но выражал надежду со временем научить ее мыслить шире. Еще он не без удовольствия сообщил мне тоном человека светского, искушенного в делах житейских, что его подругу совершенно невозможно соблазнить даже невинным катанием на лодке в воскресенье по тихой речушке возле ее дома, потому что это было бы дурно; напротив, он вынужден идти вместе с ней и ее родителями в церковь. Рей церковь не посещал, не относил себя ни к одной из конфессий и отчасти интересовался идеями социализма, однако эти подробности он от нее скрыл. О театре как о развлечении он даже заикнуться не смел, а танцевать его подруга не умела и не желала, его же склонность к этому занятию считала не только низменной, но непристойной и греховной. И все же Рей, как признался мне, был немало увлечен этой особой и всеми силами старался изменить ее взгляды и побороть невежество. Эта девушка слишком умна и утонченна, чтобы держаться подобных представлений. Она откажется от них.