Она умрет… точно умрет… уже почти не дышит… совсем не дышит…
В последние несколько секунд она подняла свой умоляющий взгляд на мужчину, вместе с которым шла, хотя и знала, что этот взгляд он не увидит даже мельком. Господи, подари ей сил и не дай заплакать…
Дыхание окончательно подвело, когда женщина, заметив их приближение, начала неторопливо поворачиваться. Натали боялась смотреть на неё, до дрожи боялась, поэтому, насколько это только было возможным, спряталась за широкой спиной, пытаясь оставаться незамеченной. Жаль только, что исчезнуть она не могла…
– Мама, я хочу кое-кого тебе представить, – слова Брендона заставили ноги нещадно прирасти к полу.
Мама?… Решившись, Натали подняла взгляд, и тут же столкнулась с холодными, но в то же время безумно мягкими серо-голубыми глазами, почти точь-в-точь такими же, как и у Брендона. Женщина ласково улыбнулась, а затем поднялась со своего места, вынуждая всё ещё ошарашенную Натали не без восхищения отметить, какой же красивой она была.
– Натали Хейворт, – продолжал Брендон, некоторым усилием вытаскивая девушку из-за своей спины, –помощница нашей Лорен и ведущий руководитель проекта «Голубая лилия». Натали, это моя мама – Мора Макгил. Она – моя спутница на сегодняшний вечер. – Добавил он, по-особенному, нарочно акцентируя своё внимание на том, с кем пришел.
– Очень приятно познакомиться с вами, Натали, – женщина приветливо улыбнулась, а девушка, вместо того, чтобы ответить, лишь молча глотала ртом воздух.
Краем глаза Натали заметила, что Брендон повернулся к ней. Когда он увидел, какой бледной и потерянной она была, уголки его губ слабо дернулись, а затем он очень тихо прошептал:
– Скажи что-нибудь. Иначе моя мама подумает, что ты немая.
– Я… мне тоже очень приятно… – выдохнула, сама не понимая, как у неё хватило на это сил.
Мама. Это невероятная женщина была его мамой. А она-то думала, что… Боже, как стыдно…
– Присоединитесь к нам? – Спросила Мора, и оцепенение одолело её с новой силой.
– Нет! – Решительно отказалась Натали, и только потом осознала, что сделал это слишком грубо. – То есть… я заехала ненадолго. Мистер Макгил должен был подписать важные документы, и теперь мне нужно отвезти их обратно в офис. Поэтому я совсем не могу остаться.
– Это действительно настолько срочно? – После недолгой паузы поинтересовалась Мора, только теперь уже напрямую у сына.
– Не настолько, – мотнув головой, тихо ответил Брендон, кажется, откровенно забавляясь сложившейся ситуацией. Натали резко повернулась к нему и, когда он встретил её взгляд, лишь убедилась в своем предположении. Серьезно?? Он специально до обморока её хочет довести??
– Тогда, думаю, вы можете ненадолго остаться, – улыбнулась Мора, мгновенно убивая любые её аргументы, – к тому же, мне бы очень хотелось послушать о проекте. Из моего сына обычно и слова лишнего не вытянешь. А, если мне это и удается, то обычно эстетического наслаждения я не получаю.
– Спасибо, мама, ты только что безвозвратно обратила мою самооценку в прах, – без тени обиды или злости сказал Брендон, заставляя женщину добродушно рассмеяться. В этот момент Натали внезапно осознала, какими исключительными и особенными были эти отношения. Словно зачарованная она опустилась на выдвинутый мужчиной стул, понимая, что уже никуда не хочет уходить. По крайней мере, не сейчас.
– Не обращай внимания, милая, он преувеличивает, – обратилась к ней Мора, – эту самооценку даже сама Вселенная не обратит в прах, что уж обо мне говорить.
Натали проследила взглядом за Брендоном, который, подойдя к маме, помог ей придвинуть стул. Она запрокинула голову и, когда сын наклонился к ней, коснулась ладонью его щеки и поцеловала в висок.
Затем он занял место посередине, однако, всё-таки сел чуть поодаль от Моры, ближе к ней.
– Брендон много рассказывал о вас, – внезапно услышала Натали, – в Вене он показал мне наработки по проекту, а сегодня днем, приехав в отель, я увидела всё собственными глазами. Признаюсь, я была и восхищена, и удивлена одновременно. Я знаю Корделию уже много лет и могу с уверенностью сказать, что невозможно было бы вдохнуть жизнь в «Голубую лилию» лучше, чем это сделали вы.
Брендон много о ней рассказывал?… Ох, нет, девочка, не об этом сейчас речь.
– Благодарю, – выдохнула Натали, пораженная словами женщины, – я вложила в этот магазин душу.
– И это очень заметно, – она снова улыбнулась, а затем подала знак официанту, – ещё бутылку, пожалуйста. И третий фужер.