– Прости, я не ожидал, что ты испугаешься, – извиняясь, отозвался Брендон.
– А чего вы ожидали, зажимая девушке рот посреди коридора и затаскивая её в чулан?! – Прошипела Натали, надеясь, что в этот момент их никто не слышит.
– Ты ведь не в темном переулке была, а в офисе, – попытался оправдать своё поведение он.
– Ха! Современные маньяки даже средь бела людей убивают, офис уж точно не станет для них помехой!
– Маньяки через нашу охрану не пройдут, – сделав к ней шаг, заметил Брендон.
– Маньяки могут работать среди нас! – Бровь Брендон озадаченно приподнялась вверх. – Что? – Уже немного спокойнее отозвалась Натали. – На Ганнибала Лектора тоже ведь никто подумать не мог.
– Не имеет значения, – тихо заметил он, подходя к ней практически вплотную.
– Ничего себе не имеет, он стольких людей приготовил себе на ужин… – уже не так уверенно напомнила ему Натали. От близости сильного мужского тела все мысли в голове мгновенно превратились в фейерверк.
– Тебе так хочется обсудить доктора Лектора?
– В этом темном чулане? Вот уж нет.
Брендон усмехнулся, а затем наклонился к её уху, то ли случайно, то ли нарочно опаляя кожу своим горячим дыханием. Тело моментально покрылось роем мелких предательских мурашек.
– Хорошо. Потому что в данный момент у меня на тебя совершенно другие планы.
Нужно было быть совсем глупой, чтобы не понять, о каких именно планах идет речь.
– В этом чулане? – Опасливо спросила она, когда, встретившись с глубокими синими глазами, ощутила, как уперлась в стоящей у стены стол.
– В этом чулане, – подтвердил Брендон, а затем, наклонившись, осторожно коснулся губами её шеи.
Стало так хорошо, что глаза непроизвольно закрылись, а мысли, до этого итак ставшие фейерверком, окончательно покинули голову. Натали услышала, как на двери щелкнул замок. Он что, всё это время был открыт? Мужские губы коснулись мочки уха, заставляя девушку судорожно выдохнуть. Да плевать на чертов замок.
Язык Брендона очень осторожно, но уверенно проник в её рот, а затем Натали почувствовала, как теплая ладонь забралась под блузку. Пуговицы ретировались одна за другой, неторопливо обнажая податливое женское тело, а затем бесполезная ткань и вовсе полетела прочь. Вскоре невинные мурашки сменились возбужденной дрожью, которая лишь усилилась, когда мужская ладонь скользнула по чулкам вверх, приподнимая края расклешенной черной юбки. «Слава Богу сегодня она надела именно эту, будь на ней, к примеру, юбка-карандаш Брендон вряд ли смог бы так легко добраться до…».
Волна удовольствия прервала неуместные мысли, и Натали прикусила губу, подавляя рвущийся наружу стон. Почти в то же мгновение юбка безвольно упала к её ногам. По коже пробежал приятный холодок. Мужской поцелуй становился требовательнее: распалял, сводил с ума, обезоруживал, в то время как руки настойчиво блуждали по разгоряченному телу, лишая его последней защиты. Вскоре все элементы белья кроме чулок так же быстро оказались на полу, и властные губы тут же переместились к набухшим соскам, играя с ними, царапая зубами и посасывая, подводя к самому краю пропасти. Всего через пару минут соблазнительного безумия губы опухли – так сильно она их кусала – а ноги превратились в мягкую вату. Стоять стало тяжело, голова обратилась в быструю карусель. Почувствовав это, Брендон подхватил девушку за бедра и усадил на стол. Холодный металл коснулся оголенной кожи, а затем вынудил наслаждение взорваться на кончике языка. Натали застонала, но страстный поцелуй заглушил звук. Женские пальцы потянулись к пиджаку и резко скинули его вниз. Пуговицы на рубашке тоже не стали помехой – найдя за что ухватиться, Натали дернула ткань, заставив маленькие диски разлететься в разные стороны. Она почувствовала, как брови Брендона ошеломленно приподнялись, но он не произнес ни слова и поцелуя не прервал. Что сказать? Порой страсть брала своё.
Натали помогла ему избавиться от ремня и джинсов, а затем коснулась твердых мышц пресса, чувствуя, что вот-вот снова потеряет себя. Так всегда происходило рядом с ним. Она терялась вновь и вновь, не зная, сможет ли когда-нибудь вернуться обратно. А самое главное – получится ли у неё со временем жить иначе. В мире, где не будет его.
Мужские губы переместились к шее, ключице, плечам, и Натали запрокинула голову, наслаждаясь, выдыхая каждой своей клеточкой, а после так же вдыхая каждой вновь. Она дышала им. Дышала, но в то же время до боли боялась задохнуться.