– Мне нужно просмотреть материалы по магазину и подумать над оформлением… – Натали сделала резкий выпад назад, а затем, неловко оступившись и задев черт знает откуда взявшийся посреди конференц-зала ящик, пошатнулась.
Брендон преодолел разделяющие их футы в два быстрых решительных шага и успел схватить её прежде, чем она упала. Инстинктивно вцепившись ему в плечи, Натали зажмурилась, словно до сих пор боялась, что вот-вот шлепнется, больно ударившись о пол. В ноздри мгновенно ударил сладкий запах клубники, смешанный с тонкими нотками лимона и мяты. Брендон напрягся, ощущая, как его мужское естество начинает знакомо реагировать на её близость. Он касался ладонями женской спины, даже через ткань платья чувствуя, как его бьет сильнейший электрический заряд. Она сбивчиво дышала, а округлая грудь часто вздымалась, добавляя в кровь адреналина, окончательно лишая покоя. Ему хотелось ощутить упругость её молодого соблазнительного тела, попробовать его на вкус – всего, полностью – и вдохнуть аромат каждого дюйма шелковистой кожи: он совершенно не сомневался в её природной мягкости; ведь шестое чувство ещё ни разу его не подводило.
Всё ещё находясь в сильных мужских объятиях и, видимо, осознав, что всё так же стоит на ногах, Натали едва уловимо выдохнула, а затем неторопливо приподняла трепещущие ресницы. Их взгляды встретились, и Брендон безотчетно заглянул в эти наполненные неудержимой, абсолютно неподдельной страстью глаза. В этой женщине было столько невинности и одновременно пылкого чувства, что от этого сочетания внутри всё исступленно скулило.
Дьявол, как же сильно он её желал.
– Вы… можете больше не держать меня… – прошептала Натали, прерывая его непристойные мысли.
– Думаешь, после того, что между нами произошло, будет благоразумно обращаться друг к другу на «вы»? – Хрипло спросил он, замечая, как от этого вопроса тело в его руках задрожало сильнее. Брендон слышал, как гулко стучит его сердце, и знал, что пока не завладеет этой женщиной – пока не возьмет её во всех позах, которые полностью завладели каждой его извилиной – не сможет думать больше ни о чем другом. А в его положении – являясь хозяином крупной компании – это было бы крайне безрассудно.
– Я не понимаю…
– Понимаешь, – тихо ответил он, ни на миг не отрывая от неё своего откровенно похотливого взгляда. Замечала ли она его вожделение? Чувствовала ли, что заставляла его испытывать?
Натали открыла было рот, вероятно, чтобы ответить, но внезапно распахнувшаяся дверь заставила её испуганно застыть.
– Оу, ну надо же… прошу прощения, – сдержанный голос с явными, хотя и тонкими нотками насмешки заставил Брендона досадливо прикрыть глаза, – я помешал? Могу зайти позже…
– Спасибо, что помогли мне подняться, мистер Макгил, я буду старательно бороться со своей неуклюжестью! – Громко перебила она говорящего, заставляя брови Брендона вновь слегка приподняться. – Я сегодня же начну разрабатывать проект магазина, и как только сделаю первые наброски, сразу же поставлю вас в известность! – Она выбралась из его рук, а затем бойко повернулась, – извините, – пролепетав это, она опустила взгляд и быстро направилась к двери.
– Твоя очередная цель? – Усмехнулся его друг, когда они остались совершенно одни. – С каких пор тебя потянуло на невзрачных серых мышек?
– Это Натали, – просто объяснил Брендон, а затем направился в другой конец зала, – моё дерьмовое состояние прошлой ночью – её заслуга.
– Иди ты! – Инстинктивно улыбнувшись, воскликнул он, шагая следом. – Хочешь сказать, это та раскованная красотка, которая завела тебя, а затем сбежала, бросив на произвол судьбы? – Он весело усмехнулся. – Черт, а я ведь не хотел верить, когда отец говорил, что именно в таких женщинах таятся самые страстные и смелые обольстительницы.
– С ней что-то не так.
Брендон не видел, но спиной ощущал, как его друг насмешливо приподнял брови.
– Ты сделал такой вывод лишь потому, что эта милая девушка не прыгнула в твою постель после пяти минут знакомства?
– Они все прыгают в неё, Маркус. Рано или поздно. – Открывая дверь, заметил Брендон. – И Натали Хейворт не станет исключением.
– Эта девушка уже вошла в твою жизнь совсем не так, как остальные, – когда они вошли в кабинет, спаренный с конференц-залом, его друг облокотился о стол и сложил на груди руки, – посему, ставлю пять баксов на то, что именно она и станет тем самым исключением, которого я так долго ждал.