Толчок. Толчок. Толчок. До боли хотелось вжимать его в себя сильнее. Ощущать, как он наполняет её ещё больше, до самого основания. Заполняя собой всё возможное пространство. И не только физически, но и душевно – забирая себе её покорное сердце. А оно было именно таким. Готовым на всё ради него. Трепетно, по-настоящему любящим. Чувственным. Преданным. Живым.
Ещё один толчок. И ещё. Сильнее. Чаще. Резче. Ощущая приближение экстаза, Натали застонала громче, а затем заглушила звук, вновь прильнув к его губам. Брендон лишал её воли. Забирал тревоги и сомнения. Менял её мысли и чувства. Менял её.
Он остановился, прекрасно понимая, что Натали на грани. А затем задвигался неторопливо и плавно, едва-едва, зная, что мучает её и осознавая, что она не сможет возразить. Не сможет даже попросить – у неё просто не хватит на это сил. Всё, что она могла – это медленно сходить с ума. Брендон целовал её лицо и шею, выдыхал тепло ей в ухо, заставляя всё тело покрываться инстинктивными мурашками. Ей хотелось улыбаться, и она улыбалась. Не открывая глаз, просто улыбалась, теперь твердо уверенная в том, что до безумия сильно любит этого мужчину. За какие-то пару месяцев он сумел стать её смыслом. Сумел завладеть не только её телом, но и её душой. Сумел стать для неё всем миром. Наверное, её молчаливое признание кому-то могло показаться слишком банальным, но вся загвоздка состояла в том, что оно являлось правдой. И плевать ей было на тех, кто воспримет его как-то иначе.
Брендон вновь задвигался в ней быстрее, приближая её к самой вершине. Натали приподнялась и выгнулась ему навстречу, тем самым заставляя его войти в её сильнее, затронуть все возможные нервные окончания и вынудить снова застонать. Практически не помня себя от наслаждения, Натали неосознанно отсчитывала про себя секунды до «бума». Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять…
Внезапно мужчина опять остановился, и Натали чуть было не заплакала от разочарования.
Надо же было так её довести, Господи!
– Пообещай, что больше никогда не будешь от меня бегать, – вдруг прошептал её прекрасный Бог, вынуждая девушку нервно усмехнуться.
Он что, издевается? Прямо сейчас? Когда она вот-вот попадет в Эдем?
– Брендон…
– Пообещай, – настаивал он, даже и не думая ей уступать.
Нет, терпеть это, а уж тем более спорить с ним было невыносимо. Ещё немного, и у неё точно поедет крыша.
– Хорошо, – согласилась она, уже едва выговаривая слова.
– Скажи, что обещаешь.
Господь Милостивый!
– Брендон…
– Скажи.
– Обещаю! – Выкрикнула – хотя вернее сказать «выдохнула» – Натали из последних сил, ощутив, как Брендон вышел из неё, а затем вновь резко вошел. Толчок. Толчок. Толчок. Перед глазами всё знакомо заискрило, и она зажмурилась сильнее, выгибаясь и следуя за Ним. В Рай, в Ад – плевать ей сейчас было, куда. Она пошла бы даже на самое жерло вулкана за секунду до его извержения, вот так этот Индюк её взвинтил!
Кстати, об извержениях.
Натали закричала как раз в тот момент, когда Брендон накрыл её рот своим. Невольно закусив его нижнюю губу – причем, довольно неслабо – она ощутила, как её накрывает сильнейший в её жизни оргазм. И, к её удивлению, даже не один. За ним тут же последовал второй. Ещё более сильный, после которого, окончательно обессилив, Натали перестала царапать мужскую спину. По телу разлилось знакомое приятное тепло, а затем почти одновременно с ней это же самое тепло окутало и Брендона.
Он поцеловал её в губы, затем в шею и в ключицу. А затем, выдохнув, перевернулся рядом с ней на спину. Единственное, на что в этот момент у Натали хватило сил – это проверить, предохранялись ли они, потому что, честно признаться, момента с шуршащим пакетиком она совершенно не помнила.
Проверила. Предохранялись.
Ну хоть с этим проблем у неё не будет.
Кстати, о проблемах.
– Попробуешь когда-нибудь сделать так снова… и клянусь, я тебя убью… – прерывисто выдохнула Натали, услышав, как ответом ей стал веселый покатистый смех. И ровно через три секунды, улыбнувшись, она запустила в него подушкой.
Глава 18
Говорят, что гнев – это пятый смертный грех. Неуправляемая сила, которая разрушает человека и снаружи, и изнутри. Наверное, гнев можно было бы сравнить с ядом, разливающимся по венам и отравляющим всё живое, что встречается у него на пути. И, вероятно, это сравнение будет самым верным. Священные Писания учат нас воздерживаться от гнева. Не поддаваться скорым эмоциям и больше думать. Владеть собой – ведь именно терпение способно научить человека мудрости. Гневаясь, мы обращаемся к Дьяволу и сами прокладываем себе дорогу в Ад. Поэтому так много болтают про братскую любовь к ближнему и врагу своему, а также искреннее всепрощение.