– Брендон… я не заставляю тебя продолжать… – дрожащим голосом прошептала Натали.
Подняв голову, он встретился с наполненными невероятной болью и обидой глазами.
Брендон не знал, алкоголь ли в крови развязал ему язык или это было что-то другое, но решил рассказать всё, как есть. Так или иначе. Всю правду.
– Ублюдок специально оставил её в сознании, а затем изнасиловал в холодном темном переулке. Не переставая повторять, что зря она обо всём рассказала копам. Так как он при любом раскладе выйдет сухим из воды. – По щеке Натали скатились несколько слезинок. Она старалась держаться, но боль сдавливала грудь. – Знаешь, кем оказался его отец? – Брендон ухмыльнулся. – Чертовым капитаном полиции. Все заявления, поданные на Теда Боумана, тут же терялись. Перепуганная шестнадцатилетняя девочка могла умереть, а чертовой системе было плевать.
– Как твоя мама всё это пережила… – внезапно прошептала Натали, а Брендон понял, что рассказал ещё далеко не всё.
– Это меньшее, через что ей пришлось пройти. – Пауза. Секунда. Вторая. Третья. – Поняв, что защиты от полиции им не дождаться, мой дед увез маму из Атланты. Одним днем. Толком не взяв никаких вещей. В Лос-Анджелесе жил его старый друг – Боб, отец Эрла. Он помог им обосноваться и подыскал на первое время жилье. А потом мама узнала, что беременна.
Брендон почувствовал, как Натали напряглась. Он знал – всё просчитать и понять не составит для неё труда. Ему даже и говорить больше ничего было не нужно.
Но Брендон продолжал говорить. Несмотря на то, что было больно. Несмотря на то, что мог навсегда потерять эту женщину и её любовь. Ему просто необходимо было рассказать ей всю правду.
– Дедушка всегда был против абортов, поэтому, не раздумывая, сказал, что мама должна рожать. Она боялась. – Брендон усмехнулся. – Конечно, боялась. Это понятно. Ей шестнадцать. Она беременна, да ещё и так вот… – Немного помолчав, он продолжил. – Но, знаешь, что всегда меня удивляло? Даже несмотря на то, каким способом я был зачат, мама хотела меня. Она… была невероятная уже тогда. Однажды я спросил её, в какой момент она меня полюбила. А она ответила: «в тот самый, как узнала о тебе». В шесть я думал, что это нормально, когда мамы так говорят. Но два года спустя понял, что не каждая мать способна на такую любовь.
– Мора рассказала тебе?…
– Нет, что ты. Она бы не смогла. Я даже не уверен, что знал бы всё это сейчас, если бы не та ночь.
– Та ночь?
Брендон кивнул.
– Мне было восемь, когда Тод нас нашел. Дедушка уже умер. Маме пришлось работать в две смены. А в выходные брать подработки. Однажды ночью он завалился к нам домой. Мама брыкалась и звала на помощь, но мы жили в таком районе, что всем по большому счету было на это просто плевать. Каждый беспокоился лишь о собственной шкуре. – Брендон ощутил, как его вновь накрывает злость. – Тогда я всё и услышал. Не в подробностях, но достаточно, чтобы испугаться. – Мальчик внутри него вновь ощутил страх и боль. – Я слышал, как она кричала. Слышал глухие удары о стену. Тогда мне казалось, что это продолжается целую вечность. Испугавшись монстра за дверью, я забился в самый дальний угол кровати и закрыл руками уши. Я так сильно испугался, что даже… не помог ей. – Брендон едва сдержал слезы. До сих пор он корил себя за слабость. За то, что не вышел в ту ночь. Ведь, возможно, он мог бы успеть, и тогда Море не пришлось бы проходить через этот Ад снова. – Я старался не слушать, но его похотливые фразы громко врезались в голову. Тогда я мало что понимал, но, вырастая, каждый раз находил недостающий пазл.
Он сделал паузу ещё на пару секунд.
– Я помню, как всё резко стихло. Тогда я подумал – наверное, монстр ушел. Мама справилась. Всё хорошо. Но я ошибался. Его тень в моей комнате… я никогда не смогу её забыть. Он тяжело дышал. Он него разило перегаром. – Брендон ухмыльнулся. – А ещё он звал меня сыном. Говорил, как сильно я на него похож. Обещал, что заберет к себе, воспитает, как надо. А я всё продолжал жаться в углу. И не понимал, где мама. Только потом увидел её силуэт. Она неслышно подошла к нему сзади и, пока он был увлечен новой игрушкой, опрокинула ему на голову вазу – единственно ценное, что осталось от её папы, и бросилась ко мне. – Брендон криво улыбнулся. – Мама тогда сказала, что даже находясь на небесах дедушка спас нам жизнь. – Секунда. Вторая. Третья. Брендон сглотнул. – Потом приехала полиция. Тода арестовали. Обвинили в изнасиловании и посадили. Мразям нужны были доказательства. Они их получили. Хотя бы на второй раз…