Любил безгранично сильно, и каждую секунду боялся потерять.
Брендон вспомнил о тесте на беременность, который вчера увидел в её руках. Образ его девочки, немного испуганной и растерянной всё время стоял перед глазами; мешал мыслить и работать, лишал еды и сна. Он никогда не считал себя убежденным холостяком, не хоронил себя, как мужа и отца, но вместе со всем этим, не позволял себе допустить хотя бы мысль о том, что у него когда-либо появится своя собственная семья. Возможно, просто не видел себя в этой роли. А, возможно, боялся увидеть. Была ли разница? Единственно важное, что он понял, когда узнал, что Натали не беременна – что расстроен. В каком-то смысле, это не до конца укладывалось в его голове. Но он хотел этого ребенка. Если бы он был, Брендон бы его хотел.
– Я готова.
Голос Натали выдернул мужчину из раздумий.
Она надела светло-голубые джинсы и белый свитер с широким воротником, спускающимся к плечам. Её волосы были распущены и игривыми волнами падали вниз, словно она накрутила их специальной штукой – как та называлась он не помнил. Ресницы будто бы стали длиннее, мешки под глазами исчезли, а губы блестели легким персиково-розовым цветом.
И всё это она что, успела за десять минут??
– Всё нормально? – Обеспокоенно спросила Натали, вероятно, замечая его удивленный взгляд.
– Да. – Затем Брендон взял себя в руки. – Да. Пойдем. Я позвонил, поэтому нас уже ждут.
– Где ждут? – Хлопая глазами, спросила она. – И кто?
– Потерпи. Скоро ты всё поймешь.
И она действительно поняла. Не сразу. Но через некоторое время. Когда они подъехали к зданию офиса, который окружили, казалось бы, около сотни журналистов и репортеров. Вспышки фотокамер ослепили, хотя стекло было предусмотрительно тонированным. Натали непроизвольно забилась в самый дальний угол салона и на какое-то мгновение даже перестала дышать. Но Брендон успокоил её. Сказал, что всё хорошо, что так нужно.
Он очень боялся, что спугнет её. Что Натали не перешагнет через себя – просто не сможет. Что не рискнет броситься в океан, кишащий кровожадными акулами. Но его девочка оказалась намного смелее, чем он думал. Она не просто вложила в его руку свою ладонь. Не просто вышла из машины, окунувшись в совершенно иной, чужой для неё мир. Она доверилась ему. Стойко выдержала яркие вспышки фотокамер; нелепые и порой даже обидные вопросы, которые один за другим журналисты выкрикивали ей из толпы; эмоциональное давление, которое они оказывали. Она прошла с ним до самого входа рука об руку, ни разу не передумав и не предприняв попытки повернуть назад.
Остановившись, но не отпустив её руки, Брендон повернулся лицом к взволнованной толпе.
Один вдох. Второй.
Все замерли, словно завороженные.
Словно каждый журналист, стоящий в данный момент перед зданием Трифолиума знал, что вот-вот услышит нечто абсолютно невероятное. То, что без сомнения было достойно занять своё место на первой полосе новостной ленты.
Возможно, учитывая ту дурную славу, которая ходила вокруг Брендона, так всё и было.
– Я пригласил вас сюда для того, чтобы опровергнуть информацию, несколько дней назад появившуюся в СМИ. – Брендон выдержал паузу, а затем продолжил. – Я никогда не делал предложения Габриэлле Ланкастер. Наши с ней сексуальные отношения едва ли ваше собачье дело, но во избежание новых грязных сплетен, официально заявляю, что они закончились ещё несколько месяцев назад. – Внезапное признание Брендона вывело из оцепенения журналистов. Одна за другой начались вспышки. – Натали Хейворт – женщина, которая сейчас стоит здесь вместе со мной – та, которую так несправедливо очернили, обвинив во всех возможных смертных грехах. – Секунда. Пауза. – Всё, что написали о ней, всё от первого и до последнего слова – циничная, гнусная ложь. – Снова вспышки. Ярче. Больше. Интенсивнее. – Эта прекрасная девушка не заслужила подобной клеветы. Да, вы будете абсолютно правы, если скажете, что не бывает дыма без огня. У каждой новости, какой бы она ни была, есть первопричина. И у той, за которую вы впервые ухватились несколько дней назад – тоже. – Брендон снова немного помолчал, а затем, посмотрев вниз, осторожно коснулся пальцев Натали. Переплел их со своими. Сжал вначале слегка, едва ощутимо, а затем сильнее. Крепче. И поднял взгляд. – Для меня эта женщина не просто очередное увлечение. Не случайная связь на одну ночь. Она – мой мир. Весь мой мир. И я хочу, чтобы прямо здесь, сейчас, перед всеми вами, она согласилась стать моей женой.