Деньги. Кошка. Цветы. Мама. Деньги. Кошка. Цветы. Мама. Кажется, работает. Деньги. Кошка. Цветы. Мама. Деньги. Кошка. Цветы…
– Кстати, как продвигаются ваши дела? – Нарушил молчание Брендон. – Понемногу осваиваетесь в компании?
– Да. Спасибо.
Коротко. Она будет отвечать очень-и-очень коротко.
– Жалобы есть?
– Нет. Никаких.
– То есть, вам нравится в «Трифолиуме»? – Не заканчивал он свой допрос.
Натали машинально стиснула пальцами ремешок сумочки.
– Безусловно.
Адонис не ответил. Только-только она расслабилась, понадеявшись на то, что больше говорить они не станут, как все её надежды – впрочем, в этом не было ничего неожиданного – вдребезги разбились.
– Уже начали работать над проектом?
По пояснице пробежал колющий холодок беспокойства.
Наверное, нужно было бы слегка приврать, ведь это, несомненно, добавило бы ей определенные баллы, которые мысленно, каждому своему сотруднику присваивает любой хороший руководитель. Этому всегда учила её мама. Как и тому, что при некоторых обстоятельствах обман становился не грехом, а необходимостью, в которой ей стоило учиться видеть для себя выгоду.
Но вся беда была в том, что сама она вовсе так не считала. А ложь, какой бы та ни была, претила ей.
– Я… изучала внутренние распорядки и историю компании. – Решившись, призналась она. – Подумала, что, прежде, чем браться за такой серьезный проект, будет правильно для начала узнать о месте, в котором он собирается быть реализован.
Брендон качнул головой, и Натали даже почудилось, что он слабо улыбнулся.
– Недурно, мисс Хейворт. Признаюсь, вы меня удивили.
– Удивила? – Она повернулась к нему, всё ещё сомневаясь, что верно уловила его настроение.
– Далеко не каждый профессионал задумается о подобном. Желание как можно быстрее отхватить свой кусок, часто оказывающийся достаточно внушительным, затуманивает разум. Особенно если этот разум настолько же простодушен и не искушен, как ваш. – Простодушен? Не искушен? О чем он… когда его глаза нашли её, Натали завороженно замерла, не сумев закончить, кажется, теперь уже безвозвратно утерянную мысль. – А ещё вы были честны. Это первое и основное качество, которым должен обладать человек, желающий на меня работать. И именно этот критерий является для меня определяющим.
– То есть… если бы я сказала вам неправду…
– Я уволил бы вас, – подтвердил Брендон её догадку.
– А если бы вы не узнали о моей лжи? – Снова глупость! – Ну, чисто теоретически. – Попыталась быстро исправиться она. – Это не означает, что я собираюсь лгать вам, мне просто любопытно.
По всей видимости, её вопрос прозвучал настолько наивно и по-детски, что уголки его губ даже игриво приподнялись.
– Я узнаю обо всем, что происходит в моей компании, Натали. Рано или поздно. Запомните это.
Возможности ответить Брендон ей не дал.
Отвернувшись, он выбрался из машины, и, словно очнувшись от какого-то забвения, Натали поняла, что за разговором даже не заметила, как они остановились, оказавшись возле её дома. Обойдя машину, Брендон подошел к её двери, а затем распахнул её, по-джентельменски протягивая ей свою руку.
Честно признаться, она немного оторопела, но, незаметно выдохнув, всё же заставила себя – лишь потому, что того требовали приличия – вложить пальцы в его раскрытую ладонь. От тепла, которое мгновенно распространилось по венам, Натали ощутила неестественную слабость, которая едва не выдала её, когда она встала на свои предательски ватные ноги. От того, что Брендон стоял почти вплотную к корпусу автомобиля, после её шага они оказались друг от друга всего в паре ничтожных дюймов. Дыхание знакомо участилось, и Натали опустила взгляд, чтобы, не поддавшись гипнозу его глаз, внезапно не перестать себя контролировать. А она могла перестать. В этом не было сомнений.