– Мои чувства?…
– Ваши чувства, – прошептал Брендон, наверное, слыша, как бешено стучит её пульс, – я хочу понять, почему, испытывая такое сильное желание, вы продолжаете упорно от него убегать.
– Желание?…
– Дикое, необузданное, сильное, – подтвердил он, ещё больше запутывая её мысли, – то самое, которое я видел в ваших глазах в клубе. То самое, которое видел в них же вчера. И то, которое вижу перед собой сейчас. Вы сводите меня с ума. Я не могу не думать о вас. А когда вы оказываетесь рядом, у меня едва получается вести себя с вами пристойно. – Голова кружилась, и ей показалось, что она совсем перестала дышать. – Я мог бы поклясться, что вы чувствуете всё то же самое, потому что в ином случае не дрожали бы каждый раз, когда я подхожу к вам так близко. Я спрашивал, боитесь ли вы меня. Вы ответили, что нет. И, если это не страх вызывает в вас такое волнение, остается лишь слепое, безотчетное желание, точно так же, как и меня, доводящее вас до безумства. – Глубина и откровенность его взгляда, в котором безошибочно читалось всё то, о чем он говорил, лишало Натали последних крупиц самообладания. – Разве я не прав и всего этого нет? – Брендон словно нарочно приблизился к её лицу, опаляя губы горячим дыханием. – Скажите мне, Натали, разве я ошибаюсь?
Разум затуманился, тело покрылось крохотными мурашками, а по позвоночнику стремительно пронесся обжигающе-ледяной мороз. Поддавшись неудержимому желанию, от которого каждая клеточка безмолвно и умоляюще стонала, ответ готов был вот-вот слететь с языка, но, не сумев совладать со страхом, застрял где-то внутри. Натали реагировала на его близость и признания именно так, как он того хотел – теряя волю и себя, отчаянно нуждаясь в чем-то большем. Она желала этого мужчину. Желала его объятия, поцелуи и прикосновения. Хотела тонуть в его глазах, чувствовать, как сквозь кожу сочится электричество, снова и снова терять ощущение реальности.
И дьявол, находящийся в этот момент точно напротив, безошибочно это знал.
Натали ощутила, как приоткрылись губы, где-то глубоко в подсознании понимая, что то, что она собирается сказать – опрометчиво, безрассудно и неправильно, но мало что могла с этим поделать. Она была заворожена глубокими синими глазами, которые действовали на неё, как дурман.
– Поверить не могу! Именно так и сказал? – Удивленный женский возглас прорезался в сознание и заставил замереть.
– Именно так, Кони, – весело ответил второй голос, – я рассказала тебе всё дословно.
– С ума сойти! – Натали почти что отбросила в сторону чашку, едва не пролив её содержимое, а затем сделала попытку слезть со стола. Брендон слегка отодвинулся, однако, нарочно остался стоять к ней непозволительно близко. – То есть, вы теперь не друзья…
– Получается, что так.
Уловив довольную ухмылку, тронувшую мужские губы, Натали несколько раз мысленно чертыхнулась, понимая, что такой реакцией доставляет этому Дьяволу ни с чем несравнимое удовольствие, а затем спрыгнула вниз, чуть было не запутавшись в собственных же ногах. Поймав равновесие, она почти что врезалась в противоположный угол столешницы, а, когда повернулась, вцепившись в её края пальцами, из-за стены к ним вышли две женщины, голоса которых, насколько поняла Натали, они и слышали.
– Добрый день, мистер Макгил, – завидев своего босса, тут же обе просияли.
– Добрый день, дамы. – Улыбка Брендона мгновенно, словно по заказу, достигла апогея своей сексуальности. – Ослепляете, как и всегда.
От его комплимента взгляды, движения, жесты обеих женщин переменились, как по щелчку – сейчас каждая клеточка их тела, без стеснения и страха вопила о неприкрытом желании и бессознательной податливости – вопила во весь голос. Ему стоило только лишь захотеть, и они обе, без промедления и стыда, тут же упали бы к его ногам.
– Может быть, вы чего-нибудь желаете?
– Вы же знаете, вам стоит только попросить.
Натали даже рот невольно приоткрыла, когда поняла, на что именно каждая из них намекала. Хотя нет, говорила открыто, какие уж тут намеки!
– Мы собираемся посидеть после работы в баре.
– И подумали, что, быть может, вы согласитесь составить нам компанию?
– Тем вечером в клубе мы отлично провели время.
– Можно было бы повторить.
Неплохо провели время? В клубе? Повторить?!
Не переставая улыбаться, но будто бы желая увидеть её реакцию, Брендон перевел на неё взгляд. Не намереваясь доставлять ему подобного удовольствия, Натали изо всех пыталась ничем не выдать всей той гаммы чувств, которая в этот самый момент взрывалась внутри неё совершенно необъяснимым фейерверком. Правда, не знала, получалось ли. Но, наверное, если судить по его лишь ещё сильнее расползающейся улыбки, актрисой она была паршивой.