– Без одобрения и последнего слова Брендона не принимается ни одно решение. При каждом проекте он всегда присутствует лично. И, если без меня в отдельных случаях обойтись ещё можно, то без него – нет. Ты права, по крайней мере, мне нужно было предупредить тебя. – На том конце трубки послышался усталый вздох. – Наверное, когда ребенка учат плавать, его не бросают в открытое море. Просто мне казалось, что это отличная возможность для тебя. – Пауза. На этот раз трехсекундная. – Я ещё могу отменить совещание и успеть на самолет. Придется пересмотреть расписание, возможно, в который раз рассердить парочку наших партнеров и по прилету брать сверхурочные, но, если ты ещё не готова к подобной работе, другого выхода у нас нет.
– Нет! – Одна лишь мысль о том, что из-за её каприза Лорен будет работать ночами, отрезвила Натали, вернув её с небес на землю. – То есть… я справлюсь. Вам не нужно ничего отменять.
– Уверена?
Нет.
– Да. Абсолютно. Как сказала бы моя мама: «встань лицом к трудности и отправь её в нокаут». Я пришла в вашу компанию работать, и я буду работать.
– Мне нравится твой настрой. – Натали показалось, что Лорен легко улыбнулась. – Думаю, я не ошиблась с выбором.
«Надеюсь, не ошиблась и я», – мысленно ответила она, отключая звонок. Теперь осталось каким-то совершенно магическим образом не растерять свою уверенность по дороге к Риму.
– Желаете что-нибудь перекусить, леди Хейворт? – Сморгнув свои размышления, Натали подняла голову. – Могу предложить вам рыбный сет, пасту или изумительную мраморную говядину.
Приветливо улыбаясь, перед ней стоял приятный мужчина лет пятидесяти, держа на сгибе локтя белое полотенце, и, по всей видимости, ожидал её ответа.
Леди Хейворт? Откуда он знал, как её зовут? Ладно, не важно.
– Эмм… нет, спасибо. Но, если вас не затруднит, я выпила бы стакан воды.
– Конечно.
– Дама будет салат. – Поправив края своего белого пиджака, Брендон опустился на сиденье напротив. Причем сделал это совершенно наглым образом – предварительно убрав её сумочку с места и взгромоздив ту на бортик у окна сзади разделяющего их полированного черного столика. – А мне, Говард, будь так любезен, принеси хорошо прожаренный стейк.
Что значит, дама будет салат?!
– Австралийская мраморная говядина с томатами и жгучим перцем чили. – Как мантру проговорил мужчина, а затем кивнул. – Блюдо уже почти готово.
– Спасибо.
Брендон невозмутимо ответил, невозмутимо удобнее устроился в кресле, невозмутимо сцепил пальцы в замок, устроив руки на своих коленях, а затем так же невозмутимо повернулся к окну. Он всерьез собирается быть таким невозмутимым?!
– Я не просила вас делать за меня заказ. – Решилась, наконец, ответить Натали, убедившись в том, что Говард действительно оставил их наедине.
Когда Брендон поднял на неё глаза, в них сверкнули уже такие привычные ей искры, не сулившие, к слову сказать, ничего хорошего. По крайней мере, для её холеного олимпийского спокойствия.
– Мужчину, если он мужчина не только на словах, никогда и ни о чем не нужно просить. – Вновь невозмутимость. – Он всегда знает о желаниях находящейся рядом с ним женщины.
Слово «желание» Брендон произнес с едва уловимым придыханием, как-то особенно выделяя его среди остальных. Сделал ли он это намеренно или же это вышло случайно, точно сказать было нельзя, хотя что-то подсказывало ей, что второй вариант достаточно сильно проигрывал в своей достоверности.
Еду принесли ровно через две минуты и сорок семь секунд – да, она считала. По крайней мере, это занятие помогало отвлечься от совершенно бесстыдных мыслей, бесновавшихся в голове, и заставить тело дрожать не так явно.
Отказываться от салата Натали не стала. Признаться, голодна она была ужасно. И, когда аромат свежих овощей и сладкого соуса добрался до ноздрей, её желудок не постыдился напомнить ей себе, заявив о своих нуждах на весь салон. Надеяться на то, что Брендон не услышал этого кошмара, не приходилось. Потому, как это было, по меньшей мере, глупо.
Некоторое время они ели практически в абсолютной тишине. Адонис, или, вернее сказать, теперь уже Астарот, и по совместительству её босс, внимательно смотрел новостной канал. Что-то о падениях на рынке акций и компаниях-лидерах – она особо не вникала и не запоминала, так как все её мысли, если говорить откровенно, были поглощены немного другим, пусть и совсем не экономическим, и не таким глобальным, но тоже кризисом. Её личным кризисом – предстоящими выходными.