Как однажды сказала Кэти Скарлетт О’Хара: «Я не буду думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра». И, чувствуя, как мужские губы вновь опускаются ниже, именно так Натали и поступила.
Глава 11
Брендон проснулся ровно в 5:45 утра. Его внутренний будильник без перебоев звонил в одно и то же время двадцать четыре на семь вот уже почти шестнадцать лет, и совершенно неважно было, во сколько мужчина лег накануне – в десять вечера или в половину пятого после полуночи, механическое устройство в его голове это ни капли не волновало. Оно очертило предельную границу сна и неустанно день за днем эту границу соблюдало. В общем-то к подобному графику сам Брендон уже давным-давно привык, поэтому на недостаток сна жаловаться не приходилось.
Протерев ладонями лицо, он шумно выдохнул, а затем повернул голову на незанятую им половину кровати. Прекрасно помня обо всем, что произошло всего несколько часов назад, он думал, что, несмотря на свои предпочтения и принципы, в силу некоторых обстоятельств проснется не один, но просчитался. Простыни, напоминая о безудержной страсти между двумя желающими друг друга людьми, были смяты, но вот постель – пуста. Не сказать, чтобы Брендона данный факт разочаровал или обескуражил – такого быть просто не могло – но почувствовал он себя по меньшей мере странно, и этого отрицать было нельзя. Наверное, всё дело было в неизвестности. Ему хотелось знать, куда эта девчонка пропала из его каюты, да ещё и в такую рань – за окном ведь ещё даже солнце всходить не начало.
Натянув брюки, Брендон накинул на себя рубашку, а затем подошел к двери ванной комнаты, на всякий случай заглядывая внутрь. Как и подсказывало его внутреннее чутье – Натали там не было. Плотнее стиснув челюсть, он застегнул несколько нижних пуговиц, достал из ящика плед, а затем вышел из каюты, зная, что, несмотря на довольно теплые октябрьские ночи, из-за непосредственной близости к океану температура сильно понизится. Ни в носовой, ни в кормовой части яхты его гостьи также не оказалось. То, что она могла решиться прыгнуть за борт, Брендон исключал. Эта женщина, конечно, была тем ещё ходячим безрассудством, но голова на плечах у неё всё-таки имелась, что он заметил, если уж говорить открыто, фактически сразу.
Убедившись в том, что они всё ещё находятся посреди открытого океана и их ни коем образом не прибило к берегу, Брендон сразу же исключил вариант того, что Натали могла сойти. Спасательная шлюпка также осталась на своем месте. И всё это наводило его на безошибочную мысль о том, что эта с виду совершенно невзрачная серая мышка, в которой, однако, таилось столько страсти и огня, всё ещё была где-то на его яхте. Ему оставалось лишь её отыскать.
И он отыскал. На верхней палубе, рядом с аппаратом управления. Она стояла, подперев плечом объемный металлический столбик, соединяющий боковой бортик корпуса с массивной полуоткрытой крышей, и смотрела куда-то вдаль. Как Брендон и думал, кроме тоненького платья цвета терпкого вина, которое он снимал с неё несколько часов назад, на ней больше ничего не было. Даже туфли и те Натали решила не надевать. Понимая, что её полураздетое состояние отчего-то не слабо его беспокоит, Брендон не стал медлить и, подойдя ближе, укрыл её плечи пледом.
Натали неторопливо повернулась, заставляя его невольно вновь провалиться в омут дурманящих цвета океана глаз. Вновь вспомнить, какой шторм бушевал в них лишь прошлой ночью. Вновь ощутить хмельной аромат её кожи, терпкий вкус губ и томное, граничащее с безумством, трепетание. Её распухшие после жарких поцелуев губы, небрежно разметавшиеся по плечам спутанные волосы, её запах, близость, дыхание, неприкрытая дрожь – всё это сводило с ума и заставляло кровь быстрее бежать в жилах. Он хотел её. Снова. И отчетливо это осознавал.
– Почему ты здесь? – Тихо спросил он, заставляя Натали часто заморгать.
Она открыла было рот, но затем, словно передумав, вновь его закрыла.
– Я… ушла, если бы могла. – Предпринимая вторую попытку, начала она. – Но яхта стоит посреди открытого океана, а я не рискнула заводить мотор. – Её губы тронула едва заметная улыбка, а затем Натали поправила края соскальзывающего с плеч пледа. – Хотя, даже если бы и рискнула, это не особо помогло бы, ведь, куда плыть я совершенно не представляю.