Я предположила, что тогда они утешали себя тем фактом, что он взял за правило не спать со своими сотрудницами. Без сомнения, это был удар по их самолюбию, ведь он сделал для меня исключение. Тем не менее, им не было никакой необходимости вести себя как чертовы стервы.
То, что Дейн старался обедать со мной почти каждый день — обычно наедине в своем кабинете, — казалось, усугубило проблему. Я была уверена, что другие думали, что мы занимаемся какими-то непристойными вещами во время нашего перерыва. Я также была уверена, что Дейн надеялся на то, чтобы те так и думали.
Не желая опускаться до уровня тех девушек, я игнорировала их поведение. Я также не рассказала об этом Дейну. И не упоминала о том, что некоторые другие сотрудники вели себя со мной грубо. Я не была сплетницей и прекрасно справлялась со своими проблемами. В конце концов, все это закончится, если я не буду обращать на них внимания.
Большинство из «o-Verve» были удивительно благосклонны к нашим «отношениям». Они восхищались нашими фотографиями в Интернете, которые были сделаны на благотворительном сборе средств. Ханна проанализировала каждое выражение лица Дейна, клянясь, что он «без ума» от меня. Я просто улыбнулась и сказала, что надеюсь, что это правда.
Я шла по частному гаражу «o-Verve», мои каблуки стучали по асфальту, когда запищал телефон. Я вытащила его из сумочки и, не сбавляя шага, постаралась увернуться от масляного пятна на земле. Посмотрев на экран, увидела, что у меня два новых сообщения. Последнее было от Мелинды, которая сообщила мне, что они с Уайаттом устраивают барбекю в воскресенье, и что Саймон, Дейн и я приглашены. Другое сообщение было отправлено час назад, но я не услышала его.
Оно было от Мэгги:
Привет, милая. Не получала от тебя вестей уже неделю, просто хочу увидеть тебя. Саймон скучает по тебе.
Мэгги и Фредди часто рассказывали мне о состоянии моего отца, поскольку Саймон был не из тех, кто делится своими чувствами, что не очень хорошо влияло на его здоровье.
Добравшись до своей машины, я отперла ее с помощью брелока. Звуковой сигнал эхом отозвался в большом пространстве. Я скользнула на водительское сиденье, а затем позвонила Саймону.
После нескольких гудков он ответил:
— Привет, моя милая девочка. Как ты?
Я улыбнулась, мое сердце сжалось.
— Хорошо, а ты?
— Хорошо, как у тебя дела?
— Отлично. Все правда здорово, — я прикусила губу, не решаясь продолжать, хотя знала, что мне все равно придется. — Я, эм… есть кое-кто, с кем я хотела бы тебя познакомить.
— О? С кем?
— С моим боссом, Дейном Дэвенпортом. Мы с ним вроде как встречаемся.
— Что ж, хорошо, — сказал он, звуча искренне взволнованным. — Самое время тебе вновь начать встречаться. Мне больно думать, как ты живешь в той ужасной квартире совсем одна.
Я знала, что ему это причиняет боль, так же как знала, что многие его личности хотели бы, чтобы у меня кто-то появился. Но вот одна… я тихо вздохнула.
— Когда я с ним познакомлюсь? — спросил Саймон.
— Как насчет воскресенья? Мелинда и Уайатт устраивают барбекю в своем доме. Они хотят, чтобы я пригласила тебя и Дейна.
— По-моему, звучит неплохо, — сказал он, и я услышала улыбку в его голосе. — В котором часу?
— Примерно в полдень.
— Я буду там. С нетерпением жду встречи с вами.
Улыбка тронула мои губы.
— И я. Береги себя, пап.
— Ты тоже, моя милая девочка. Люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, — закрыв глаза, я прислонилась лбом к рулю, моля Бога, чтобы его энтузиазм не померк и не сломался. Поначалу он мог воспринимать все так хорошо. Но затем, немного поразмыслив над ситуацией, он мог начать зацикливаться на мельчайших деталях, и тогда его точка зрения могла измениться.
Подняв голову, я выдохнула и завела двигатель. Если возникала проблема, Мэгги или Фредди связывались со мной. Это утешало.
После часовой поездки из «o-Verve» в мой комплекс, я припарковала машину на стоянке, а затем направился к зданию. Как только я подошла к входной двери, из тени вышла знакомая фигура.
Я замерла.
— Чего ты хочешь?
Тревис поднял руки.
— Просто поговорить. Есть дело… послушай, я знаю, что я тебе не очень нравлюсь, но это важно. Могу я войти?
Он под кайфом?
— Нет, — я ни капли не доверяла ему, поэтому ни за что не пригласила бы его в свой дом. — Но мы можем прогуляться.
Он медленно кивнул.