Дейн наклонил голову.
— Что?
— Я не хочу вытягивать из тебя то, чем ты не хочешь делиться.
Его темные, как чернила глаза, немного потеплели. Он очень медленно наклонил голову и запечатлел поцелуй в уголке моих губ, от которого все внутри затрепетало. И я замолчала, потому что, это было присуще Дейну. Такое поведение.
— Ты гораздо лучший человек, чем я, Виена, — он вздохнул. — Однажды ты спросила, кто такой Оливер. Он был моим близнецом.
Я чуть не упала от удивления.
— Что с ним случилось?
— Он умер, когда нам было по восемь. Анафилактический шок. У него была сильная аллергия на укусы пчел. Одна ужалила его, когда он играл на заднем дворе.
О, Боже. Насколько ужасно было потерять своего близнеца, того, кто является частью тебя? Может, это и было источником пустоты внутри него. Мое горло начало саднить.
— Ты был с ним в тот момент? — спросила я мягким тоном.
— Нет. Я был бы, но… — он втянул воздух через нос, — … это уже другая история.
Я прикусила нижнюю губу.
— Спасибо, что рассказал мне.
Он наклонил голову.
— Еще не проголодалась?
Сменив тему, я ответила:
— Немного, но я не уверена, что смогу съесть много.
— Что ты ешь, чтобы почувствовать себя лучше?
Я поджала губы.
— Сэндвичи с сыром на гриле.
— Тогда садись. Я приготовлю тебе его.
Глава 12
Я глубже зарылась головой в подушку. Было так чертовски уютно, что мне не хотелось открывать глаза. У меня давным-давно выработалась привычка просыпаться за десять минут до звонка будильника. Что на самом деле раздражало, потому что мне казалось, что у меня отняли десять минут сна. Но я не могла избавиться от этой привычки, как ни старалась.
Обычно я плохо спала в незнакомом месте — мне было трудно устроиться. Но прошлой ночью я спала как убитая. Моя новая кровать была не просто красивой, она была чертовски удобной. И подушки… Боже, подушки были божественны. Не слишком плоские, не слишком мягкие, не слишком пухлые, просто идеальные.
Я задавалась вопросом, позволит ли Дейн мне взять кровать с собой после развода. Не похоже, чтобы ему она была нужна.
Зевнув, я заставила себя открыть глаза. Я опустила электронные шторы, так что в комнате по-прежнему было темно. Черт, у меня были электронные шторы. И гардеробная. И антикварная мебель.
Ничто в моей жизни не подготовило меня к тому, что я буду жить с Дейном Дэвенпортом — особенно в качестве его временной жены. И все же ничто не подготовило меня к осознанию того, что он обставил комнату специально для меня.
Я ничего не вкладывала в это. Я не думала, что это означало, что ему было не все равно или что-то в этом роде. Я не бредила. Я была просто ошеломлена. И благодарна. Даже немного тронута, потому что — я надеюсь, что это так — это означало, что он понимал, как тяжело мне было, и он не был двойственным по отношению к тому, что я чувствовала. Для Дейна это было примечательно. И достаточно, чтобы подбодрить меня после взлома.
Когда будильник на моем телефоне наконец зазвонил, я нажала на опцию «повтор». Исключительно потому, что не хотела вставать с кровати. Но, намереваясь не опоздать на работу, я вскочила, когда будильник зазвонил во второй раз. Ну, я не совсем «вскочила». Это было больше похоже на то, что я неохотно выбралась из постели с тихим стоном.
В сверкающей собственной ванной комнате я сделала свои дела, а затем воспользовалась душевой кабиной с мощными струями. Я также сделала мысленную пометку как-нибудь понежиться в огромной ванне.
Высушив и уложив волосы, я нанесла немного макияжа, натянула одежду и направилась вниз. В этом месте было так жутко тихо, что я вздрогнула. Я ожидала найти Дейна на кухне или в столовой, но его нигде не было видно. Однако кофеваркой пользовались недавно, так что он явно не спал. Он, наверное, уже позавтракал.
Поедая тост и попивая утреннюю порцию кофеина, я просмотрела несколько электронных писем, которые мы с ним получили за ночь. Я всегда делала это каждое утро — так мне было легче начать рабочий день.
Наткнувшись на конкретное электронное письмо, я замерла. Нет, Черт возьми. Это, должно быть, гребаная шутка.
Я знала, что Хизер сделает какую-нибудь глупость из чистой мстительности. Я просто не думала, что она отправит Дейну электронное письмо, в котором попытается убедить его, что он совершил ошибку, женившись на мне. По сути, она стала Тревисом. Она дружески предупредила Дейна, что я не та, с кем ему следует быть, заявив, что «моя совесть просто не позволяла мне молчать». Как будто у этой женщины вообще была совесть.