Он подсел рядом. И его появление не вызвало радости у Михаила. Будучи довольно умным человеком, он понял, зачем явился «джинн» - за долгом, а судя по тому, когда появился – уже можно было догадаться, что именно он потребует.
Ужасно было еще и то, что, когда они виделись в первый и последний раз, они были ровесниками – два молодых парня, а теперь разница в возрасте была видна невооруженным глазом. Если Михаил теперь был тридцати шестилетним мужчиной с прядями седых волос по бокам, то его оппонент, сидящий рядом, остался всё тем же молодым парнем двадцати лет. Теперь он мог бы годиться Михаилу в сыновья.
- Вы ведь не делали УЗИ, верно? – спросил он.
- Я думаю, что это вредно для ребенка.
- У тебя будет дочь, Миша, - произнес «джинн». – Ты дашь ей имя, которое тебе сейчас скажу я. А когда ей исполнится три, я заберу её.
Слова прогремели, как гром среди ясного неба. Михаил знал, что он обещал отдать всё, что тот пожелает, но тогда он не имел дочери, и даже не задумывался о том, что всё кончится именно так.
- Пошел ты, - проскрипел сквозь зубы Михаил и встал с места. – Забирай свои оценки обратно, но дочь ты не получишь!
Лицо «джинна» ничуть не изменилось, а даже слегка расплылось в небольшой ехидной улыбке.
- Я заберу, но что будет с тобой? Подделка документов преследуется законом… ай-яй-яй… лучший хирург всей нашей страны переделал все журналы, заплатил преподавателям, купил кафедры и молчание. Диплом-то тоже поддельный. Кажется, имущество кое-какое будет конфисковано, а Михаил Сергеевич отправится в тюрьму. Родители умирают от инфаркта в разнице во времени в три месяца, жена требует развод, а дочь всю оставшуюся жизнь думает, что её отец – это Петька-слесарь… хе-хе-хе-хе-хе… - рассмеялся всё тем же ужасным тихим смехом «джинн». Хотя теперь он «джинном» не был – теперь он был воплощением дьявола, сатаной, кем угодно, но не тем спасителем, каким он был раньше.
- Ты не можешь так со мной поступить – это не справедливо! – Михаил упал на колени перед восседающим на диване, как на троне, бывшим, как ему казалось, другом.
- А получать отличные оценки на протяжении всей своей учебы справедливо?! – закричал он. Только это был вовсе не крик, нет – это было нечто, напоминающее волчье рычание, лай бешеного пса-убийцы… - Окончить университет с красным дипломом и работать в самой престижной клинике города, а теперь и всей страны – тоже справедливо?! Если учесть, что некоторые не спят днями и ночами, изучая все предметы – нужные и ненужные! Ради такой жизни, как у тебя, некоторые отдают всё своё время, всю свою жизнь… а тебе лишь нужно было щелкнуть пальцами!!!
На галазах Михаила появились слезные пленки. Зрение слегка размылось, и Волшебник теперь был практически не виден через эту слезную пелену.
- И кто из нас имеет право говорить о справедливости? – прошипел, снизив тон, чародей.
- Но у меня ведь не было выбора!!! – завопил Михаил, захлёбываясь собственными слезами.
- Нет-нет – выбор был… Ты мог отказаться от сделки, пойти в деканат, умолять о пересдаче и начать учить по-настоящему… А затем учить все последующие года… Учить так, как учат все… Но ведь ты выбрал самый легкий путь для того, чтобы достичь желаемого результата!.. Хе-хе-хе-хе-хе… Зачем же мучиться, если можно получить всё и сразу?.. Зачем учить?.. Ведь оценки будут сами падать к тебе в карман, а?
Михаил молчал несколько секунд. Самое противное в данной ситуации было то, что Он был прав. Он был прав всегда, всегда…Выбор действительно был, как сказал «джинн», он есть и сейчас… Михаил был обманут, да… но не исполнителем его желания, а самим собой – он сам уничтожил себя, всё то, что было в нем…
- Но зачем тебе мой ребенок? – всхлипывая на каждом слове, еле выговорил сорокалетний хирург, по-прежнему стоявший на коленях.
- Один из моих недостатков – я не имею права иметь детей, вернее, просто не могу. А мне нужен наследник или наследница. Тот, кто продолжит мою династию так, как ты продолжаешь династию своих родителей. Я должен успеть обучить его, ну или же её, конечно, до тех пор, пока я не умер…
Он выдержал небольшую паузу.
- Я знаю, по мне не скажешь, что я скоро умру, но это так. Перед тобой я выгляжу молодым, потому что хочу так выглядеть – на самом же деле я не такой. Я даже и не знаю, какой я – уже давно это позабыл, и не могу принять свой настоящий облик. Я такой, каким себя представляю… Но моя скорая смерть – снова же должна браться в сравнении с тобой. Если для меня – это считанные дни, то для твоего времяисчисления… скажем, я буду жить ещё тогда, когда твой правнук будет погребен его сыном…