Тихонечко склонившись к каждой могиле, девушка поздоровалась еле слышно с родными. Свидетели этого общения продолжали хранить молчание. Дядя Паша достал обычные, пластиковые стаканчики, и в каждый налил немного янтарной жидкости. Филин принял свою порцию, затем – Анна. Катерина словно и не понимала, что происходит. Лишь приняв бокал, не обращая внимание на других, залпом осушила его. Ее примеру последовали и другие.
В таком гнетущем молчании, они выпили еще несколько раз, и перекинувшись тихими фразами, ставили девушку наедине с собой. Оставшись в одиночестве, она позволила себе немного поплакать.
- Мамочка, папочка! – еле слышно выдавила она из себя. – Как вы могли оставить меня одну? Зачем?
Вопрос так и повис в воздухе, без ответа. Солнце вышло из-за свинцовых туч. Один из лучшей, освобожденных из плена серого неба, ярко блеснул по стоящему на памятнике металлическому кресту, и бросил отблеск на девушку. Катя осмотрелась. Вокруг все словно пробуждалось от длительного, затяжного сна. Местами уже пробивалась изумрудная зелень первой весенней травки. Деревья понемногу распускали первые листочки. На могиле матери, сквозь комки еще не растаявшего снега, пробивались первые первоцветы. Их посадила Аннушка, в прошлом году, до событий произошедших с ней.
Услышав странный звук, более похожий на писк, Катя обернулась. На могилу отца прилетела синичка. Замерла, и внимательно посмотрела на незваную гостью. Чирикнув несколько раз, подлетела ближе и внимательно посмотрела. Девушка не смогла больше сдерживать себя. Нахлынувшие эмоции, сдерживаемые уже несколько дней, рвали ее хрупкую, израненную душу. Слезы струились по ее лицу, готовясь превратиться в настоящий водопад. И возможно, она бы так еще проплакала не один час, если бы не почувствовала мягкое касание к плечу.
Возмутившись тому, что кто-то посмел вернуться и нарушить состояние, в котором она пребывала, Катерина попыталась резко сбросить руку непрошенного гостья. Филин, а именно он и был тем незваным гостем, поднял адвокатессу одним рывком. С силой сжав ее в своих объятиях, он тем временем, не предпринимал больше никаких попыток что-то сделать. Мужской, еле ощутимый аромат, окутал ее. Бессилие накатило следом, словно и не было боли и отчаяние. И если бы не сильные руки мужчины, она так бы и упала на холодную еще, мокрую землю. Подняв на него глаза, девушка не нашлась что сказать. Любые слова сейчас были лишним. Он успокаивал ее. Оберегал от всего внешнего мира, прикрывая щитом из своих крепких объятий. Катерина позволила себе быть слабой. Быть обычной женщиной. Простой и скромной, женственной и чувственной. Не отрывая глаз от так же следящего за ней мужчиной, девушка положила ладони на его грудь, отметив лишь где-то в глубине сознания, что его куртка была распахнута. Она перестала ощущать пальцы, они словно отмерзли. Наверное, он прочел что-то в глубинах ее глаз. Ведь в следующий миг, укрыл девушку курткой, теснее прижимая ее хрупкое тело к своей груди. И было что-то в этом жесте столь трогательное. Столь интимное и особенное, что Катерина тихо всхлипнув, положила голову на сильную, мужскую грудь. Его сердце отбивало четкий, уверенный ритм. Филин мягко начал гладить девушку по голове, убаюкивая, словно маленького, испуганного ребенка.
- Спасибо, - еле слышно прошептала она, спустя какое-то время. – Можем ли мы заехать на обратном пути в одно место?
Мужчина кивнул. Отстраняясь от него, она словно упустила что-то. Не позволяя себе сейчас думать об этом, девушка тихо обмолвилась:
- Хочу в монастырь. – ее слова удивили Филина, но он не подал и виду. Не будучи верующим, он понял. Кате нужно срочно сменить обстановку. Вспомнить усопших. Особенно, в годовщину гибели. Пока они медленно брели между рядами могил, девушка опустила свою ладонь и крепкого ухватилась за руку мужчины. Он чуть вздрогнул от холода ее ладони, но руку не выпустил. Сопровождая ее, в такой день, он чувствовал Катю. Как никогда раньше, она сумела стать ему ближе всех в этом мире. Удивительно и невообразимо, ворвалась в его жизнь и сметала все его барьеры и преграды, словно домик из игральных карт. Легко и без затруднений. Филин осознавал, что ей нужна поддержка. - Рядом есть Голосеевский монастырь Матушки Алипии. Можем туда заехать.