Василий снял трубку внутренней связи и сказал:
— Пригласите ко мне Кравченко. — Потом он повернулся к Жене и сказал: — Только ничем не выдавай себя. Пусть пациент думает, что ты моя новая медсестра. На вот, для правдоподобия пиши сюда что хочешь. — И Василий протянул Жене тетрадь в клетку.
В это время в дверь постучали. Василий пригласил пациента, и в кабинет вошла женщина, та самая, с яркими ногтями, которую Женя видела в холле.
— Добрый день, доктор, — растягивая слова, низким голосом поздоровалась женщина.
— Садитесь, — пригласил Василий.
Отчаянно виляя бедрами, пациентка подошла к креслу, села, закинув ногу за ногу. Женя украдкой, со все возрастающим удивлением разглядывала женщину. Что-то здесь было не так. С такими голенастыми ногами ни одна нормальная женщина не надела бы мини-юбку и блестящие колготки. Да и размер ноги у нее, наверное, не меньше сорокового. Такая большая стопа нелепо смотрится в босоножках на огромной платформе. Ее лицо тоже выглядело довольно странно. Из-за невероятно толстого слоя косметики невозможно было понять, хороша собой эта женщина или нет. Неестественно длинные ресницы с налипшей на них тушью, изумрудные веки, хищно блестящие губы — все это производило впечатление чудовищной маски. Густое облако духов, окружавшее женщину, довершало образ.
— Ну что, Кравченко, — заговорил Василий, — не передумали идти на операцию?
— Ну что вы, Василий Васильевич, — жеманно ответила Кравченко, — конечно же, нет. Я так долго этого добивалась, неужели откажусь в последний момент?
— Ладно, это я так спросил, на всякий случай, но мое мнение об операции вы знаете. Впрочем, вы взрослый человек, вправе сами принимать решение. С хирургом уже говорили?
— Да, он мне очень понравился, такой внимательный. Мы договорились, что сначала он сделает мне грудь, потом уберет кадык, а когда я немного оправлюсь, сделает самое главное — настоящее влагалище.
Женя сидела и изо всех сил старалась не таращить глаза на эту женщину. Хотя, кажется, на самом деле пока что это мужчина, женщиной ему еще предстояло стать.
— Гормонотерапию продолжаете? — спросил Василий.
— Да, все делаю, как вы мне сказали. Уже почти бриться не приходится. Правда, иногда печень болит.
— С этим вам придется жить все время, ничего не поделаешь, такова обратная сторона медали.
— Ничего, стоит потерпеть ради того, чтобы стать настоящей женщиной. Можете меня поздравить, доктор, мне наконец-то разрешили поменять документы, завтра я иду получать новый паспорт.
— Что ж, поздравляю, — улыбнулся Василий, — имя себе уже придумали?
— Да, Наташа, — с гордостью ответил пациент.
— Почему Наташа? Вы же Олег, обычно берут себе похожие имена. Стали бы Ольгой.
— Нет, я хочу носить такое имя, чтобы оно ничем не напоминало мне о прошлом, когда я еще была мужчиной.
— Ну хорошо, вот вам новый рецепт, продолжайте тот же курс. Перед операцией я еще вас посмотрю. Всего хорошего.
— До свидания, доктор. — Кравченко кокетливо посмотрел на Василия и, все так же виляя бедрами и покачиваясь на высоких каблуках, вышел из кабинета.
— Ну как тебе? — спросил Василий у Жени.
— Что это было? — в свою очередь спросила изумленная Женя.
— Обычный транссексуал, мужчина, убежденный, что в его теле живет женская душа. Мне с такими каждый день приходится иметь дело. Некоторых удается вылечить методом психоанализа. В случае с Олегом Кравченко психиатрия оказалась бессильной. Через пару недель он умрет под ножом хирурга, и родится Наташа Кравченко, очаровательная юная леди, которая всю жизнь будет пить женские гормоны, страдать от фантомных болей на месте отрезанного члена и тщательно скрывать от партнеров свое мужское прошлое.
— А разве это будет не заметно?
— Врач, конечно, увидит, а обычный мужчина — нет.
— Чудеса! — задумчиво произнесла Женя. — Значит, мне позвонил тоже транссексуал, только женщина, которая хочет стать мужчиной.
— Возможно, один из моих пациентов или же будущий пациент.
— И много таких?
— Больше, чем это принято считать, — ответил Василий. — Они же хорошо маскируются. Видишь, как Кравченко старается. И не догадаешься сразу, в чем дело. Меня удивляет то, что ты так хорошо сохранилась. Взрослая женщина, а ничего о транссексуалах не знаешь.
— Ну, я что-то такое читала, — сказала Женя. — И потом, мне никогда не приходилось сталкиваться с этой стороной жизни. Знаешь, — вдруг заулыбалась она, — если бы не эти твои транссексуалы, мы бы никогда не встретились вновь. Надо за них выпить.