«Я веду себя, как влюбленный болван, — думал он, — хотя на самом деле ни капельки не влюблен».
Просто Леша с детства привык к тому, что крымское утро должно начинаться с посещения рынка. А Лариса была уверена, что крымская ночь должна заканчиваться дискотекой. Бедняжка, она так надеялась блеснуть здесь своими стильными тряпками. И уж никак не рассчитывала, что именно с этой целью сюда съедутся москвички и киевлянки и привезут с собой моднейшие кофточки и кислотные брючки. В первый же вечер Лариса убедилась, что она ничем не лучше, хотя и не хуже остальных девушек. Она немножко повздыхала по этому поводу, потом поняла, что особенно огорчаться не стоит, и принялась развлекаться напропалую. Каждый вечер она тащила Лешу на очередную дискотеку, а когда он пытался отказаться от этой тяжкой повинности, обижалась.
— Неужели ты можешь отпустить меня одну в такое место? Там же масса самцов с голодными глазами. А вдруг меня уведут?
«Хорошо бы», — думал Леша и с вымученной улыбкой следовал за своей подружкой.
«Что ж, танцевать — это даже полезно, — утешал он себя, — ведь я так мало двигаюсь. Все за компьютером да за компьютером. А тут еженощная разминка. Если эти танцы не доконают меня окончательно, то я вернусь из Крыма в отличной физической форме».
Купаться Лариса не любила. Она с удовольствием часами лежала на пляже, предварительно вылив на себя почти все содержимое флакона с маслом для загара. Изредка, когда жара становилась совсем нестерпимой, она заходила в воду, несколько минут плескалась у берега и тут же возвращалась на свое цветастое полотенце.
— Ты ничего не понимаешь, — говорила она. — Я должна вернуться в Москву загорелой. И пусть всякие кретины твердят, что загар теперь не моден, я-то знаю, что к моим рыжим волосам очень пойдет золотистый цвет кожи.
— Кстати, о рыжих волосах, — Леша встревоженно взглянул на Ларису. — Учти, рыжие быстро обгорают. Ты бы побереглась.
— Кто не рискует, тот не пьет шампанское! — с пафосом отвечала Лариса. — К тому же я пользуюсь отличной косметикой. Если верить инструкции, обгореть я не должна.
К вечеру их второго крымского дня Лариса почувствовала сначала легкий озноб, затем головную боль, а потом поняла, что даже легкое прикосновение простыни причиняет ей мучительную боль.
— Ну вот, дозагоралась, — сокрушенно заметил Леша, — и даже хваленая косметика не помогла. Придется вымазать тебя кефиром с ног до головы.
— Это даже эротично, — простонала Лариса, — как в фильме «Девять с половиной недель».
— Ну если тебя это утешает, то да.
На следующий день Алексей на пляж отправился в одиночестве. В сущности, он даже был этому рад. Теперь никто не помешает ему заплывать как угодно далеко и плавать как угодно долго. Ему не придется то и дело подходить к Ларисе, чтобы намазывать ей плечи кремом и выслушивать ее жалобы, что он заставляет ее скучать и волноваться.
Леша заплыл сегодня особенно далеко от берега. Его раздражали купальщики, ему хотелось оказаться наедине с морем. Убедившись, что все, даже самые смелые пловцы остались далеко позади, Алексей расслабился, лег на спину и закачался на легких волнах. Он слушал мелодичный плеск и смотрел сквозь капли влаги на солнце и белые прозрачные облака.
А потом он неожиданно ощутил, что рядом кто-то есть. Алексей стремительно перевернулся и увидел женщину, безмятежно лежащую на спине, так же, как он, несколько мгновений тому назад. Он не смог устоять перед искушением немного похулиганить. Под водой подплыл к женщине, вынырнул рядом и безупречно вежливым голосом произнес:
— Не правда ли, сегодня чудная погода?
Раздался громкий всплеск, женщина нервно дернулась, и на Алексея взглянули два круглых от испуга аквамариновых глаза.
— В чем дело? — тяжело дыша, спросила женщина.
— Ни в чем, — все так же вежливо ответил Алексей. — Просто когда два человека встречаются в столь безлюдном месте, они обычно здороваются.
Женщина посмотрела на него, как на опасного сумасшедшего, и быстро поплыла в сторону берега, но Алексей не отставал от нее. В нем проснулся азарт охотника. Он плавал лучше незнакомки. Ему ничего не стоило держаться рядом с ней.
— Послушайте, что вам от меня нужно? — с мольбой в голосе спросила женщина. — Я не люблю на большой глубине беседовать с незнакомыми мужчинами. Если вы приличный человек, оставьте меня в покое, иначе это может плохо кончиться.
И тут Алексей ее узнал. Конечно, он видел ее только один раз, да и то в полумраке комнаты. Но этот голос он помнил очень хорошо. Сейчас, когда она была одновременно напуганна и разгневанна, в ее голосе появилось это знакомое придыхание, которым она по телефону обозначала страсть. Да, это Алина, женщина, фотографии которой он не отдал на поругание в газету, а хранил у себя дома. Кто бы мог подумать, что они встретятся здесь, в волнах Черного моря, в полукилометре от коктебельского пляжа! Леша разволновался почти так же, как женщина, чей покой он посмел нарушить.