Юньлань схватил его за воротник:
— Говори правду, это…
Старик открыл рот и вдруг прервал его странным тоном:
— Ты знаешь, что такое смерть?
Юньлань нахмурился. Он оглядел старика, но по его глазам понял, что желаемого не вызнать ни обманом, ни принуждением. Тогда он отпустил его и, подумав немного, выдал очевидный ответ:
— Смерть — это когда прекращаются жизненно важные функции организма?
— Тогда что такое душа? — хрипло спросил старик. — Что такое шесть циклов перерождения? [3]
— Значит, смерть — это конец одной жизни и начало другой, — быстро исправился Юньлань.
Старик рассмеялся.
— Ну, а что тогда такое призрачное племя? Что такое нечистые земли?
На это у Чжао Юньланя ответа не было. Вместо этого он спросил:
— Тогда что, по-твоему, смерть?
Глаза старика вспыхнули ярким светом — на мгновение показалось, что он в ужасе.
Схватив Юньланя за руку так, что затрещали кости, он прошептал:
— Разве ты забыл? Куньлунь, смерть — это…
А дальше всё случилось, как в дрянном телешоу: старик замер, будто выдерживая паузу, прежде чем назвать имя убийцы — и умер, так и не успев этого сделать, прямо на глазах у Юньланя.
Острая глефа рассекла его от головы до ног ровно на две части, словно арбуз. Лезвие с холодным звоном вошло в землю, оставив глубокую траншею. Земля под ногами задрожала от удара.
Рассеченный надвое старик ещё несколько мгновений так и стоял с выражением невыразимого удивления на лице.
Юньлань на мгновение замер тоже, но затем инстинктивно отступил, уворачиваясь от хлынувшей во все стороны крови.
Когда он, наконец, сфокусировал взгляд, то увидел перед собой Шэнь Вэя. Горло сдавило спазмом, и Юньлань не мог выдавить ни слова.
— Ты в порядке? Скорее, пойдём. — Шэнь Вэй протянул руку, но увидев, как расширились глаза Чжао Юньланя, поспешно её отдёрнул.
Его руки были залиты кровью, словно он вернулся со скотобойни. Он принялся торопливо вытирать их, но сколько бы ни тёр, ощущение, что он не чист, не исчезало. К горлу подкатила тошнота и глубокое отвращение к самому себе. Ни за что Шэнь Вэй не хотел бы сейчас прикасаться к Чжао Юньланю. Он неловко спрятал ладони в рукавах и глухо сказал:
— Ранее ты так внезапно исчез у меня на глазах, что я…
Только сейчас Чжао Юньлань наконец пришёл в себя и поспешно схватил Шэнь Вэя за руку. Тот вздрогнул, пытаясь освободиться, но Юньлань лишь крепче сжал пальцы и бессердечно спросил:
— Так, ты тот, из будущего, одиннадцать лет спустя? Тогда ты помнишь, сколько раз мы грязно трахались по пьяни?
Шэнь Вэй лишился дара речи.
Решив проигнорировать этот бесстыдный вопрос, он протянул руку и сорвал с шеи Чжао Юньланя драконью жемчужину. Коснувшись его ладони, та зашипела, будто капля воды на раскалённой сковороде. Её окутал чёрный дым, а когда он рассеялся, жемчужина превратилась в чешуйку. Чжао Юньлань сунулся было ближе, чтобы получше рассмотреть, но Шэнь Вэй сжал ладонь, и чешуйка исчезла.
— Погоди, это что такое было? — спросил Юньлань. — Не похоже на рыбью чешую, скорее, на рептилью… Змея?
— Ты не знаешь, что это, но всё равно нацепил на шею, — раздражённо сказал Шэнь Вэй. — Это… это же частичка чужого тела. Неужели тебя не волнует такая грязь?
Юньлань одарил его невинным взглядом.
Какое-то время они играли в гляделки, но Шэнь Вэй отвернулся первым. Повинуясь движению руки, позади него открылся чёрный портал, куда он не особенно ласково и толкнул Юньланя.
Совершенно неожиданно они упали в толщу воды, и Юньлань, позабывший, что не может больше дышать под водой, оказался к такому не готов и не успел задержать дыхание. Мысленно выругавшись, он уже наглотался было воды, но Шэнь Вэй мягко привлёк его к себе и коснулся губами губ, делясь воздухом.