С усилием Призрачная Маска взлетел над водой и громко свистнул: повинуясь сигналу, из воды повылезали бесчисленные призрачные звери, а за его спиной стеной вырос хаос, способный поглотить всё живое, что к нему притронется.
Зал десяти королей и внутри, и снаружи обратился полем битвы.
Чжу Хун, волнуясь за дядю, попыталась было присоединиться к клану змей, но Чжао Юньлань удержал её и тихо приказал:
— Оставайся здесь и не мешай взрослым, малышка.
В тот же миг прямо перед ним возник один из высших призрачных зверей: обезумев от жажды крови, он бросился прямо на Юньланя. Тот вскинул руку с пистолетом и выстрелил, но зверь увернулся, а когда Юньлань прицелился снова, за его спиной вдруг раздался знакомый перезвон колокольчиков.
Линь Цзин, который уже несколько дней числился пропавшим, атаковал первым, и призрачный зверь расплавился клубами чёрного дыма.
Воспользовавшись моментом, Линь Цзин затащил Чжао Юньланя в потайную комнату, где держали Лампу Хранителя:
— Вы почему не прячетесь? Не терпится угодить в передрягу?
Юньлань окинул его нечитаемым взглядом и прямо спросил:
— Предупреждающие крики, что мы слышали… Это был ты?
— Я не… — смешался Линь Цзин. — Разве это мог быть я?
— У тебя голос дрожал точно так же, как и сейчас, — бросил Юньлань и потемнел лицом, словно его накрыла тень приближающейся грозы. — Шэнь Вэй, а ну покажись! Сейчас же, я сказал!
Глава 103.
За каменной дверью потайной комнаты Шэнь Вэй медленно выступил из тени.
Когда он приказывал Линь Цзину, что и когда нужно кричать, такого противоречивого выражения на его лице не было и в помине.
Чжао Юньлань взглянул на него — и не смог отвести глаз от пятен крови на груди Шэнь Вэя. Его пальцы тесно сжались, а на ладони от напряжения вздулись вены: словно он собирался наброситься на Шэнь Вэя с кулаками.
Однако Юньлань не сдвинулся с места, даже пальцем не пошевелил, и изо всех сил стиснул зубы, чтобы заставить себя держать рот на замке. А затем принялся медленно считать про себя и сразу же сбился. Его вечное притворство по поводу нехватки интеллекта наконец обернулось против него: Юньланю потребовало добрых две минуты, чтобы запинаясь досчитать до тридцати.
Линь Цзин, поняв, что они здесь лишние, воспользовался моментом явления Шэнь Вэя и, зажав Чжу Хун рот ладонью, утащил её в сторонку, не позволив вмешаться.
Чем дольше молчал Юньлань, тем больше волновался Шэнь Вэй, не находя себе места, и это продолжалось до тех пор, пока Юньлань не выдохнул глухо:
— Шэнь Вэй.
Его тон напомнил Шэнь Вэю о разговоре после того, как вскрылся его обман с воспоминаниями внутри Древа Добродетели.
«Если так пойдёт и дальше, у нас действительно будут проблемы.»
Волна страха накрыла Шэнь Вэя с головой, и он потянулся было вперёд, не задумываясь о своём порыве, но Юньлань вскинул руку, останавливая его на месте.
— Ближе не подходи, — приказал Юньлань, опустив голову. — Ещё не время.
Шэнь Вэй послушно застыл там, где стоял.
Не понимая, что происходит, Чжу Хун тихо спросила, широко распахнув глаза:
— Что значит «ещё не время»? Почему?
— Аматабха, прошу тебя, не вмешивайся, — цыкнул на неё Линь Цзин.
Чжао Юньлань обвёл взглядом порванную одежду и пятна крови на груди Шэнь Вэя и тихо спросил:
— Тебе больно?
Шэнь Вэй инстинктивно кивнул и тут же выразительно покачал головой.
А Линь Цзин, как оказалось, не годился ни на что, кроме бестолковых реплик невпопад — словно продавец, знаменитый среди домохозяек средних лет. Наблюдая за этим разговором со стороны, он немедленно ляпнул, не задумываясь о последствиях:
— Больно, конечно, он уже дважды терял сознание от боли!
Чжао Юньлань, побледнев, резко втянул воздух и холодно бросил Линь Цзину, даже не обернувшись к нему: