– Дэвид?
– Да, это я. – Он протянул мне руку. – Как доехали?
>По телефону Дэвид предупредил меня, что посетителям острова нельзя брать на паром машину, поэтому я взошла на борт на своих двоих, равно как и другие пассажиры. Их было двенадцать или около того. Половина взяла на паром велосипеды. У остальных за плечами висели набитые рюкзаки. И только одна я везла за собой чемодан. Затащив его на третью палубу, я заняла место у окна. Через несколько минут паром отчалил от Мэллига. Море слилось с небом в один сплошной серый цвет. Сорок минут спустя мы оставили позади по левому борту остров Эгг, возвышающийся над волнами, как темная голова кита. И если Эгг напоминал кита, то Рам – изогнутую спину дракона, торчащую из воды. После того как Дэвид сообщил мне, что берет меня на трехмесячный испытательный срок, я только и делала, что снова и снова пересматривала программу про Внутренние Гебридские острова. Я думала, что уже вряд ли удивлюсь их видам, но у меня все равно захватило дух, а внутри все затрепетало от восторга. Я вышла на палубу и тихо рассмеялась, когда ветер, ударив мне в лицо, приподнял мои волосы и разметал их в разные стороны. На многие мили вокруг простиралась морская гладь, и казалось, что паром перевез меня в другой мир, а не на малюсенький островок в Западной Шотландии. Внутри меня заклокотала энергия, я наконец почувствовала себя по-настоящему живой и свободной.
Я не стала делиться всем этим с Дэвидом. Просто сказала:
– Рам очень далеко от Рединга. Дорога была долгой. Но от морских видов у меня захватило дух.
Увидев выражение моего лица, он улыбнулся так широко, что его пухлые щеки почти закрыли глаза.
– Да и я всегда им поражаюсь, даже спустя столько лет. Это все ваши вещи? – спросил он, указав на мой чемодан.
Я кивнула.
– Хорошо. – Дэвид взял чемодан. – Кстати, вот это, – он махнул рукой в сторону небольшой кучки зданий, – мы называем «деревушкой». Отель на другом конце острова, у залива Харрис.
Я уселась в белый «лендровер» и, пристегнувшись, впервые за несколько месяцев после аварии не зажмурилась от страха. Конечно, когда мы штурмовали склоны, тряслись по камням и резко заворачивали на поворотах, я по-прежнему хваталась за подлокотник, но виды за окном захватили почти все мое внимание: холмы, большие и серые, как слоны, зелень травы, заросли колючего дрока, бескрайнее небо, море и…
– Пони! Смотрите! Там пони!
Дэвид рассмеялся:
– Да, они у нас тут водятся. И олени тоже.
Когда мы миновали мелкую речку, отделяющую притулившийся на склоне отель «Бэй Вью» от остальной части острова, я не помнила себя от счастья.
– А это же мавзолей, да? – спросила я, имея в виду постройку из серо-бурого песчаника.
На фоне зеленой травы она смотрелась как-то неуместно. Из-за массивных колонн и двускатной крыши, защищающей от непогоды три гранитные гробницы, здание выглядело так, будто упало с небес или же переместилось сюда прямиком из Древней Греции.
– Все так, – кивнул Дэвид. – Это семейный склеп сэра Джорджа Баллоу. Он покоится там вместе с отцом и женой.
Вспомнив свой последний поход на кладбище, я покрылась мурашками.
– А кто живет там?
Я показала на маленький домик, стоящий на берегу реки, по другую сторону от отеля.
– Гордон Броуди. Он сопровождает наших туристов на прогулках. А еще работает смотрителем в начальной школе. На полставки. – Дэвид засмеялся. – Там учатся всего четверо детей.
– Четверо?
– В следующем году будет уже пятеро, когда малышу Сьюзи Макфарлейн исполнится четыре. Напомню, на всем острове живет тридцать один человек.
– А почему дети не ходят в школу на большой земле?
– Ученики средних классов так и делают, но в это время года паром ходит туда всего три раза в неделю. Поэтому большинство приезжает обратно только через выходные. Детям приходится оставаться у родственников или еще у кого-то.
Я посмотрела на свинцовое небо.
– А если начнется шторм?
– Тогда парома не будет. – Дэвид пожал плечами. – Не знаю, мы как-то справляемся.
Дэвид берет у меня список постояльцев и просматривает имена гостей. Глубоко дыша, он водит по строчкам пальцем с обгрызенным ногтем.
– Семь человек. Значит, придется ехать за ними два раза.
Дэвид тянется к стене за стойкой регистрации и снимает ключи с гвоздика. Он кладет их мне в руку.
– На, держи, съездишь за ними.
– Нет. – Я держу ключи большим и указательным пальцами так, будто это использованный подгузник или грязная половая тряпка. – Нет, я не могу.
– Что значит «не могу»? Ты же говорила, что умеешь водить.
– Умею, но… несколько месяцев назад я попала в аварию и оказалась в больнице. После этого я ни разу не садилась за руль.