«Фигня, в общем, — писал Ржавокрюк или же кто-то под его диктовку. — „Сердце Камня“ мы нашли, если так можно сказать. Недели три назад нас кобольды обворовали нефигово, вот тогда-то оно и пропало. До налета было, за ним следили. А вот после его никто не видел. Такая вот фигня.»
— Ясно, — прошипела я, прочитав это послание. И тут же вызвала Шайнтлайна. Конечно, лучше было бы заявиться к этим проклятым ящерицам по месту жительства, но для этого надо было его еще найти. А вот ласково и нежно — по темноэльфийски ласково и нежно — поговорить с пленным кобольдом можно уже и сейчас. Надо только его изловить. Мне все больше и больше не нравилось наличие этой мелкой пакости на моих землях.
Шайнтлайн в замке только развел руками.
— Ловушки расставлены и мною, и Райлдриирном. Но, вы и сами должны понимать, что по этой части с кобольдами тягаться непросто. Отмечу только, что к нашему счастью, они не проявляют враждебности. Так что этот вопрос будет решен. Просто не сразу.
— Если они хоть что-то украдут уже у меня…
— Не украдут, Принцесса. Это я могу гарантировать своей головой, — спокойно заявил Шайнтлайн. — Но вот поимку… Тут я каюсь, задача оказалась непростой. Приходится ждать, когда они сами явятся.
— Заразы… — ожидание злило. — Что-нибудь хорошее у нас есть? Что там с селки?
— А вот тут хорошее есть, — улыбнулся Шайнтлайн. — Придется, правда, подождать до утра, но доказательство вашей невиновности у нас, определенно, будет. Шкурок действительно было пять.
Это меня успокоило достаточно, чтобы предварительной медитацией унять эмоции. Для Луны злость на ее поляне была неприемлема. Вывела я, наконец, и Лаварминэ. И когда раздался очередной вой из леса, поманила к себе ее и Туссенхопа, все еще исполнявшего обязанности ее телохранителя.
— Идем. Надо, наконец, решить этот вопрос.
***
Лес ничем не отличался от того раза, когда я в одиночку отправилась развеяться неделю назад. Свет луны, тени и тишина, перемежающаяся невнятными шорохами. Для меня это уже было привычно, и не вызывало совершенно никаких эмоций. Не вызвали у меня эмоций и два возникших в лунном свете волчьих силуэта, даже при том, что звери были настроены агрессивно. Внешне, по крайней мере. Но парящая во тьме неба Искра их заметила гораздо раньше нас, и на тот момент широкоплечий и стройный эльф и маленькая, на голову меньше своего товарища, эльфийка еще даже не пытались принять свою звериную форму. Только почуяв наше присутствие, они преобразились. Сперва я даже подумала, что это естественная реакция на Туссенхопа, но бакенэко испарился из вида сразу, как только мы вошли в лес, так что пугали именно меня. Глупо. На Фаэруне жрица Эйлистри вообще бы не стала с ними разговаривать — просто подчинила бы своей воле, как ей даровано доменом Луны. В Землях у меня есть похожие силы, полученные с Книгой Оборотней, и эта пара очень сильно нарывается на их применение.
— Не знала, что литари враждебны к Лунным, — громко сказала я. — И не подозревала, что они так грубо относятся к хозяйкам. Или я ошибаюсь, и это не твои родичи? — я демонстративно обратилась к Лаварминэ.
Одна из фигур встала на задние лапы, преображаясь в половинную форму.
— Нас не волнуют твои верования, Темная. Требуется лишь спасти дочь нашего народа, и увести ее в безопасное место, — произнес литари.
— Вы припозднились, и время прошло. Теперь стоит спросить у самой Лаварминэ, желает ли она быть спасенной вами.
— Мнение щенка не имеет значения. Она не понимает, с чем столкнулась, а незнание и нежелание понимать ведет к гибели. Мы не имеем права этого допустить.
— Что-то мне начинает казаться, что это и в самом деле не мои родичи, — Лаварминэ полностью трансформировалась в человеческую форму, чтобы гневно ответить. — Литари не игнорируют свою кровь. И я уже не щенок! Мое имя, данное мне при рождении моими отцом и матерью — Дочь Серебряной Луны. Будьте так любезны использовать его, обращаясь ко мне!
— Ты не можешь считаться взрослой, пока не прошла обучение в стае, Дочь Серебряной Луны, — уже спокойнее возразил оборотень. — Я, Лафлайк, Лунный Волк, свидетельствую это. Преследование врагами твоей семьи вынудило их уйти далеко от наших стай, а потом, ради твоего спасения, отвлечь их на себя. Они рисковали, и были ранены. Но все на свете завершается. Твои родители ждут тебя. Сейчас ты обязана уйти в свою стаю, и провести подобающий ритуал совершеннолетия. Мы пришли забрать тебя для этого.
— Но я не желаю уходить! — может, Лаварминэ и поколебало упоминание родителей, но не слишком. — Мои друзья, те, кто воспитывал меня, те, кто защищал меня и те, кто помог мне осознать себя — они здесь! И им грозит опасность. Как я могу уйти в такой момент?