— А говорили, что царь в деревне! Выходит, наврали. Не пойдем против него воевать!
— Ах так? — сказал Кощей. — Не хотите! Ну-ка, Лихо, поучи их немножечко!
— Сейчас! — захихикало Лихо. — Уж я их!
Оно подошло ближе к боярам и стало ласково на них посматривать. И с боярами стали твориться странные вещи: боярин Афонин вскочил и ни с того ни с сего съездил боярина Скамейкина по макушке. Скамейкин не остался в долгу.
Он вцепился Афонину в бороду, и оба покатились по полу.
У боярина Морозова вдруг подскочила температура и начался насморк. Носового платка у него отроду не было, и он совершенно не знал, что же ему с насморком делать.
Под боярином Качановым проломилась лавка, и он во всех боевых доспехах грохнулся на пол.
Не оказалось ни одного боярина, с кем не приключилась бы какая-нибудь беда. Уж на что боярин Яковлев был осторожен и всегда отходил в сторону, а все равно у него вскакивала одна шишка за другой, появлялся один синяк за другим.
— Ну как? — спросил Кощей. — Пойдете воевать?
Бояре не обращали на него никакого внимания.
— Ты уж меня извини, — говорил Афонин Скамейкину. — Это все Лихо Одноглазое.
— А я, думаешь, собирался тебя за бороду таскать? — отвечал Скамейкин. — И в мыслях не было!
— Идете воевать? — еще раз спросил Кощей.
— Сам воюй! — ответил ему Чубаров. — Тебе Василиса тоже синяков наставит!
— А мы тебе не друзья! Обманщик ты! — поддержал Афонин.
— Не хотите — не надо! — сказал Кощей. — Ну-ка, Баюн, усыпи их! Пусть поспят до нашей победы.
Баюн вышел вперед и взглянул сначала на одного боярина, потом на другого. И каждый, на кого он смотрел, тут же валился на пол и засыпал прямо на месте. Через минуту все бояре спали. Только храп раздавался.
Тут в думу вбежал Домовой под белым флагом. Он протянул Кощею письмо. Кощей развернул свиток и прочитал:
КОЩЕЮ БЕССМЕРТНОМУ.
ПРЕДЛАГАЕМ ТЕБЕ ЯВИТЬСЯ С ПОВИННОЙ.
ТОГДА ТЕБЯ, МОЖЕТ, ПОМИЛУЕМ.
ВАСИЛИСА ПРЕМУДРАЯ, МАКАР И БОГАТЫРИ
— Ну что? — спросил Домовой. — Ответ будет?
— Будет, — сказал Кощей. — Пусть они сами являются. Тогда я их, может, помилую!
Глава 19
Битва на Калиновом мосту
Митя с Бабой Ягой ехали в избушке на курьих ножках позади богатырского войска. А войско уже приближалось к городу.
Баба Яга строго-настрого запретила Мите выходить из избушки.
Но зато к ним все время приходили гости. Посудачить немного и посмотреть на диковинного мальчика. Такой маленький, а уже умеет читать!
Вот прибежал Домовой в сапогах-скороходах поблагодарить Бабу Ягу за чудесное яблочко — по блюдечку.
— Спасибо тебе, бабушка, от Ивана — Коровьего сына, начальника нашего. Ему теперь все видать, что у Кощея делается. Он ведь, Кощей, что?
— Что? — спрашивала Баба Яга.
— Он ведь, бессовестный, всех мужиков окрестных собрал и воевать заставляет. Кто, говорит, не пойдет, у того семью погублю.
— Дела! — говорила Баба Яга. — Ну, а еще что нового?
— Военный совет идет. Решают, кого против Лиха Одноглазого выпустить. Оно ведь такое — все портит. Против него любой воин никудышным становится. И кони хромать начинают.
А потом пришел Макар.
— Это ты, мальчик, со Змеем штуку выдумал?
— Я, дядя Макар.
— Спасибо тебе. Да говорят, ты еще грамоте обучен. Верно ли?
— Обучен, дядя Макар.
— Иди ко мне писарем вместо Чумички. И жалованье хорошее. И работа неплохая. Легкая.
— Нечего ему в писарях делать! Молод еще! — вмешалась Баба Яга. — Пусть дома сидит, отцу с матерью помогает. А ты чего здесь крутишься? — накинулась она на царя. — Сначала с Кощеем совладай, а потом на работу зови!
Но Макар уже не слушал.
Он смотрел, как два кузнеца на походной кузне-телеге чинили чью-то старую кольчугу.
— И как ты молот держишь! Как держишь? — закричал Макар на молодого кузнеца. — Кто ж так молотом работает? А ну гляди, как надобно!
Он на ходу забрался на телегу и уехал с кузнецами.
Впереди уже показался стольный город. А из города навстречу богатырям выезжал Кощей Бессмертный со свитою.
Баба Яга увидела в стороне высокий холм и велела избушке там остановиться.
— Все, — сказала она. — Теперь смотреть буду. А воевать не буду. Не бабье это дело — воевать!
И Баба Яга с Митей уселись на ступеньках крыльца. Оба войска сошлись у моста через Молочную реку. Первым от войска Кощеева вышел на мост страшный Соловей-разбойник. С новыми золотыми зубами.
— Эй! — закричал он громким голосом. — Есть у вас храбрец против меня выступить? Выходи вперед!
— А и выйду! — ответил на это Иван — Коровий сын. — Мало я на своем веку вашего брата порубливал!
Мост заскрипел и зашатался под тяжестью противников.
Соловей-разбойник сунул два пальца в рот и свистнул страшным посвистом. Даже трава вокруг пожухла. А все черные вороны, что слетелись на битву, попадали с неба замертво. Но Коровий сын даже не дрогнул. Василиса Премудрая заставила его надеть под шлем зимнюю шапку. И соловьиный свист ему страшен не был.
Они сошлись, как две горы съехались. Даже искры посыпались в разные стороны. Соловей-разбойник свистел хорошо, а честный бой вести не умел. Мечом владел плохо. Иван выбил у него меч из рук, поднял разбойника и швырнул под мост, прямо в кисельный берег. Полетели в разные стороны брызги, и Соловей увяз в киселе по самые уши.
На мост выскочил Кот Баюн и посмотрел на Ивана — Коровьего сына своими колдовскими глазами. Как ни крепился Иван, как ни боролся со сном, не устоял. Упал и, беззащитный, заснул прямо на мосту. Кот вскочил к нему на грудь и стал рвать кольчугу стальными когтями.
Несколько всадников с левого берега бросились на помощь богатырю. Но Баюн направил на них свои глаза-фонари, и они попадали с лошадей, словно подкошенные.
Но и это предусмотрела Василиса Премудрая. Она выступила вперед, а в руках у нее было что-то, завернутое в тряпку. Из тряпки выскочила волшебная дубинка и полетела к Баюну. Напрасно таращил он глаза. Напрасно рычал и показывал когти. Дубинка подлетела к нему и давай колотить по бокам.
Кот оставил богатыря и бросился под защиту Кощея Бессмертного.
Тут уж Кощей решил выпустить Лихо Одноглазое.
Оно не торопясь прошло мимо дубинки, и дубинка рассыпалась на мелкие щепочки. А Лихо встало на мосту и захихикало.
Четыре юных богатыря — Иван-царевич, Степан-царевич, Афанасий-царевич и царевич Анисим — повскакали на коней и полетели вперед.
Но не доехали они и до середины моста, как мост под ними зашатался и рухнул. И все четверо вместе с конями упали в Молочную реку.
— Вот так! — ласково сказало Лихо. — Умнее будете!
Тогда вперед выступил Марышко, Паранов сын. Человек виду богатырского. Немало он подвигов совершил на своем веку. Немало злодеев на место поставил.
— Уж он-то с Лихом разделается! — сказала Мите Баба Яга. — У него все получается! Я его хорошо знаю! Он ко мне сто раз приезжал!
…Марышко вынул боевой лук, вложил тяжелую стрелу и прицелился. Но тетива вдруг дзинькнула и оборвалась. Она хлестнула богатыря по лицу, да так, что на лице у него надолго остался красный след.
Марышко осерчал и захотел швырнуть в Лихо палицей. Но палица вырвалась из рук богатырских и улетела назад к своему войску. И там несколько всадников замертво попадали наземь.