– Он ни разу не предлагал мне совершить с ним близость.
– Что ещё тебя смущает?
– Он ведёт очень активную политическую жизнь.
– В каком качестве?
– Он организатор сторонников какой-то партии. В ходе демонстрации он становится каким-то неистовым, готовым всё сокрушать, что стоит на его пути. Я несколько раз была на митингах и дважды на массовых демонстрациях. В последний раз я сказала ему, что больше не пойду с ним на демонстрацию, так как мне претит такая безрассудная форма протеста.
– Это его совсем не красит. Как долго ты с ним встречаешься?
– Восемь месяцев.
– Срок немалый. Как нам с папой тебе помочь?
– Пока не знаю.
– Я предлагаю: скажи ему или пошли сообщение по почте, что ты заболела. Побудь дома хотя бы неделю, ни с кем не встречайся и не звони.
– Мама, я согласна с этим. Мне действительно надо отдохнуть.
– Вот и хорошо. Прими ванну и иди отдыхать.
После этого неожиданного разговора Энн посмотрела на сложившуюся ситуацию глазами матери. Она поняла, что озабоченность её дочери имеет серьёзные основания. Она немедленно пошла к Норману.
– Дорогой, я, как обещала, переговорила с нашей дочерью. Она очень устала. Я её уговорила принять ванну и пойти отдыхать. Кроме того, мы с ней договорились, чтобы она в течение недели ни с кем не встречалась. За это время нам надо много сделать.
– Что именно?
– Её тревожат два момента.
– Немало.
– Первый момент. Она думает, что у него есть другая женщина, с которой он близок. Значит, за это время нам это надо доказать или опровергнуть.
– Сделаем. А что второе?
– Второй момент. Джек Гаррисон – демократ, активист. Своей деятельностью он её пугает. После двух демонстраций она сказала ему, что больше в его делах она не участвует. Как она говорит, он ведёт себя как садист. Вот такие неожиданные наблюдения нашей дочери, так что здесь не до свадьбы. Мне очень жаль, что она влюбилась, может быть, в морального урода. Я боюсь за неё.
– Хорошо, что мы это узнали до свадьбы, а не после.
– Мы должны ей помочь.
– Я всё сделаю. Мне нужны данные о нём и фотография.
– Сара мне однажды дала все данные о нём, включая телефон его мобильного и две фотографии.
Норман всё взял и связался с мистером Робинсоном, главой агентства безопасности. Тот обещал сегодня приехать. Они встретились через полтора часа.
– Мистер Робинсон, у моей дочери, Сары, которой двадцать один год, имеются проблемы. Она влюбилась в преподавателя Нью-Йоркского университета Джека Гаррисона, ему двадцать восемь лет. Они встречаются почти восемь месяцев. Она подозревает, что у него другая женщина, с которой он живёт. Кроме того, он активист партии, но только с садистским уклоном. Вот его данные и две фотографии.
– Мне всё понятно. Какой срок операции?
– У нас максимум неделя. Желательно четыре или пять дней.
– Какой нужен результат?
– Нужны факты, которые сделают расставание Сары и Джека логичным и окончательным.
– Понятно. С завтрашнего дня я организую слежку, получу видео и фотоматериалы. Буду вам докладывать утром, днём и вечером, а если понадобится, то прошу разрешения и ночью. У вас должна быть круглосуточная охрана. Завтра утром я пришлю двух специалистов.
– Полностью согласен с изложенным. Охрану прошу поставить с утра.
После этого совещания Норман всё пересказал Энн. Она всё одобрила. Утром, в субботу, Робинсон позвонил и доложил, что слежка за Джеком обеспечена, а охрана будет в их доме через час. Действительно, в десять часов охрана в составе двух специалистов представилась Норману. Он выделил им помещение для размещения их оборудования и отдыха. Днём Робинсон позвонил и сообщил, что связь Джека с другой женщиной вполне вероятна. Вопрос: это просто любовница или что-то большее? Вечером Робинсон сообщил, что у него три женщины разного возраста.
В воскресенье Робинсон сообщил, что из трёх женщин две – его любовницы, а третья – его сестра. Она полностью управляет его общественной деятельностью. Именно сестра является активисткой, которая с его помощью укрепляет свой и его авторитет, сделав его руководителем силового блока, имеющего определённое финансирование. В его распоряжении большая команда, порядка ста человек, которые организуют и контролируют выполнение заданного сценария проведения демонстраций, митингов и других публичных операций, организуемых в Нью-Йорке. Среди них более половины – женщины разных цветов кожи с хорошими организаторскими способностями, умеющие управлять толпой. Мужская часть его группы занимается проведением силовых акций.