– Как прошла встреча? – Спросила Энн.
– Всё прошло хорошо. У Томаса прекрасная жена и очень симпатичные дети. Уокер был без жены. Томас показал нам старые видео, мы с удовольствием вспомнили молодые годы в университете. Договорились встречаться каждые три года.
– Это очень хорошая мысль. А где они сейчас работают? – задал вопрос Норман.
– Томас в военно-морском флоте, а Уокер в ЦРУ.
– А Уокер работает в центральном офисе или где-то в другом месте?
– Он не уточнял, но сказал, что работает в Вашингтоне. Отец я хотел бы с тобой продолжить беседу?
– Пойдем, поговорим, если есть вопросы.
Они прошли в кабинет Нормана. Он предложил Тому виски, тот отказался.
– Отец, я прошу то, что я скажу, пока ни с кем не обсуждать, почему будет понятно из изложенного мною.
– Я весь во внимании.
– Во время нашей встречи у Томаса у меня произошел разговор с Уокером, напомню, он работает в ЦРУ. Для меня полной неожиданностью было то, что он полностью в курсе осенних событий со мной и Майклом. Более того ему известен адрес электронной почты Энн, – он сделал паузу.
– Продолжай. Всё это неожиданно.
– Он предупредил меня о том, что некто Пол Эдлинген, подлец, который оболгал нас перед ФБР, к сожалению, процветает. Он работает в заграничной службе ЦРУ и пользуется там полным доверием. Сейчас он работает на Украине в качестве американского советника, он владеет русским, украинским и польским. Он предупредил меня, что этот подлец очень хочет отомстить мне. В конце года он вернется из Украины в Нью–Йорк.
– Значит этот подлец жив, на Украине он, наверняка, приобрел новый опыт по убийству украинцев и русских на территории этого государства.
– Уокер предложил, чтобы мы имели возможность вести переписку через Энн. Я просил этого не делать, а направлять мне электронную почту на адрес моей жены. Он передал мне шифр для взаимодействия. Что мне ждать, он не сказал. Как только Пол прибудет в США, он меня предупредит. Он полагает, что у него будет возможность отследить его поведение.
– С одной стороны хорошо, что он предупредил о возможных негативных событиях. С другой стороны, если наш противник работает в ЦРУ, то его возможности усиливаются.
– Мне нечего ему противопоставить.
– Может быть есть. Я предлагаю, чтобы ты всё рассказал о разговоре с Уокером своей службе безопасности. Во-первых, это будет с твоей стороны реальная попытка заручиться поддержкой. Во-вторых, так как ваш проект курирует ФБР, а не ЦРУ, то интересы этих организаций не совпадают применительно к тебе.
– Я правильно тебя понял, что завтра должен идти в службу безопасности.
– Да. Он тебе не предлагал стать агентом ЦРУ?
– Нет.
– Но имей в виду, что он может предложить. Именно с этих позиций тебе немедленно надо сообщить, что получил средства шифрования для связи с ЦРУ. Это очень серьезно. Я уверен, если ты этого не скажешь, то это должностное преступление. Ты не можешь быть ответственным офицером, имея такой контакт с ЦРУ. Кто знает, а если Уокер и Пол работают по единому плану, но каждый будет иметь в нем свою задачу. Пол угрожать тебе, а Уокер помогать тебе в борьбе с Полом. Ты же понимаешь, что наш российский проект заморожен, но он может иметь свое продолжение. Вот здесь может возникнуть интерес к нам со стороны ЦРУ.
– Я понял твою позицию. Мне нужно в первый же день идти в службу безопасности и сказать, что у меня был контакт со специалистом ЦРУ, который дал мне шифр для связи и предупредил меня о возможной угрозе моей жизни и жизни близких мне людей.
– Да, сынок, другого пути я не вижу.
Глава 20.6
В воскресенье Том и его жена вернулись к себе домой. В понедельник он пошел в службу безопасности, где рассказал о случившемся. Высказанное им, вызвало незначительный интерес. На вопрос, может ли он вступать в переписку с шифр-кодом ЦРУ, ему было заявлено, что это его личное дело. На вопрос, что мне делать, если я получу сведения о реальной угрозе мне и моим близким. Он получил ответ, что это вопрос полиции. Вечером Том по скайпу сообщил всё отцу.
– Хорошо, что ты сообщил об этом. Теперь я предлагаю, чтобы ты сообщил обо всем своему непосредственному начальнику, а если ему это не интересно, то надо идти к вышестоящему начальнику. В полицию ты не можешь обращаться, так как ты военнослужащий.