Сегодня - день седьмой, последний. Что будет завтра, на следующей неделе, через месяц - неизвестно. Да и нужно ли кому-то это знание?
Сегодня - день седьмой, последний. И я хочу сполна насладиться им вместе с обоими Калленами. За последние два месяца мы это заслужили.
Я вздыхаю, открывая глаза. Утро - самое потрясающее время. Не хочу упускать его.
Взгляд упирается в знакомый фиолетовый плед, до сих пор укрывающий диван. Его вид напоминает о домоправительнице, которой вот уже три дня не видно и не слышно. Дважды она приносила завтрак. Дважды - ужин. А потом эту функцию взяла на себя миссис Браун, ответившая на мой вопрос о том, где Марлена, что “ей нездоровится”.
Эдвард вопросов не задавал. Но лишь при одном упоминании о женщине, веселость на его лице сменяло суровое выражение. Видимо, теория о том, что домоправительница и мой похититель связаны каким-то общим, нерешенным делом, верна. Только вот расспрашивать мужчину - задумка заранее провальная, а искать по дому Марлену не позволяет Джерри, не отпускающий ни меня, ни Каллена от себя ни на шаг.
Что же, провести воскресенье вместе с Эдвардом и малышом, не вмешиваясь в чужие проблемы, идея заманчивая. С радостью соглашусь.
Тихонько вздыхаю, немного поворачивая голову вправо. Теплая и мягкая материя, на которой я лежу, мало сходна с наволочкой подушки, но главным доводом в пользу того, что нахожусь я не на своей половине кровати, является чуть притупленный жаром комнаты, в которой окна не открываются, едва слышный аромат моего похитителя. Опять…
Похоже, мне пора смириться с тем, что происходит ночью. И Эдварду тоже.
Нерешительно поднимаю глаза вверх, вглядываясь в лицо мужчины. Возможно, он ещё спит.
Однако, опровергая глупые догадки, малахиты - без единого проблеска сонливости - встречаются с моими глазами. Смотрят так же внимательно, как и я.
Не выдерживаю первой, поспешно опуская взгляд вниз.
- Проснулась? - негромкий бархатный баритон, вернувшийся в прежнее состояние, является первым источником звука в черной спальне сегодня.
Я киваю, по-прежнему не отрываясь от серой футболки, в которой мой похититель предпочитает спать. В ней нет ничего общего ни с прежними пижамами, в которых он приходил ко мне прошлыми ночами, ни с какой-либо другой одеждой, надетой ранее. За эту неделю и вправду многое меняется.
- Белла, - мистер Каллен посмеивается, искренне улыбаясь, - в чем дело?
- В чем? - совсем тихо переспрашиваю я, пытаясь придать голосу больше смелости.
- У тебя такой виноватый вид, - Эдвард щурится, глядя на меня ещё пристальнее, - будто ты преступление совершила. Вчера утром я покусал тебя?
Эта фраза даже меня заставляет улыбнуться.
- Нет, - уверенно качаю головой, возвращаясь обратно во власть малахитов. Не встречая сопротивления, они с легкостью вовлекают в свою бездну. Но при этом совсем не страшно. Нет того всепоглощающего выражения, какое было в омутах мужчины раньше. Больше в клетку они не запирают. Наглядно демонстрируют, что я могу покинуть их плен, как только пожелаю. Дверцу наружу никто не закрывает.
- Значит, сегодня тем более нет, - мой похититель без наигранности усмехается. Его взгляд излучает лукавство и мягкость. Истинно человеческую.
Похоже, эти семь дней призваны открыть для меня совершенно нового Эдварда. И, признаться, наблюдая все то, что сейчас, я совсем не против.
Подбодренная словами Каллена, удобнее устраиваюсь на его плече. Только теперь я замечаю, что рука мужчины покоится на моей талии, над одеялом, крепче прижимая его к телу.
- Справа правда очень холодно? - неожиданный вопрос Эдварда выбивает мысли из колеи. Я прикладываю все силы, чтобы понять, о чем идет речь.
Не выходит.
- Справа?..
- Прежде чем придвинуться ко мне, ты всегда говоришь о холоде, - терпеливо объясняет мужчина.
- Говорю? - вот это сюрприз.
- Да, - Эдвард нехотя пробегается пальцами по моей спине, подбираясь ближе к волосам, - не помнишь?
- Нет, - легонько пожимаю плечами, глубже вдыхая навеки закрепленный в памяти аромат Каллена. Приятно, словно мед, растекаясь по сознанию, он успокаивает и расслабляет. – Но ты и вправду теплый… - смущенно добавляю я.
- Спасибо, - мужчина снова широко улыбается, едва ощутимо перебирая мои волосы. Напоминает Джерома в первую неделю нашего с малышом знакомства.
Замолкаю, глядя прямо перед собой.
Смешно вытянутые губки и мерное сопение мальчика, лежащего напротив, подсказывают верный ответ прежде, чем мой похититель озвучивает его вслух:
- Спит.
- Очень красиво спит… - нежно бормочу я.
- И спокойно, - добавляет мужчина, чуть нахмурившись. Два отпечатка от ещё не появившихся, но уже таких близких морщинок, обозначаются на его лбу. - Это рекорд.
- Он всегда спокоен, когда ты здесь, - утыкаюсь носом в серую материю футболки, - и я тоже.
Говорю и не чувствую себя не в своей тарелке. Неожиданная потребность сказать то, что я думаю, завладевает всем естеством. Мне совершенно не хочется больше прятаться от мистера Каллена. Он отлично справляется с тем, чтобы быть - насколько это возможно - откровенным со мной, и я тоже не собираюсь противиться этому. Стоит признать, неделя - вполне достаточное время для налаживания отношений. Наши, по крайней мере, как мне кажется, продвинулись на пару шагов вперед.
- Я не всегда здесь, - улыбка спадает с его лица. Рука, обвивавшая меня, ощутимо напрягается.
- Ну, пара дней у нас ещё есть, ведь так? - стараюсь вложить в эти слова побольше оптимизма, но желание получить положительный ответ все равно пробивается наружу. Смешивается. Заполняет пространство вопроса ровно наполовину.
- Пара часов, - исправляет мужчина, - до вечера. В девять мне нужно уехать.
- Плохая идея… - недовольно бормочу, крепче прижимаясь к Эдварду. Отпускать его до боли не хочется. Никуда. Тем более - за пределы особняка. Уж слишком хорошо я помню, чем кончился прежний его уход.
- Не я придумываю правила, - Каллен безрадостно усмехается. Пальцы чуть грубее прикасаются к волосам, путаются в них.
- С каких пор бароны играют по чужим правилам?
Мой вопрос заставляет малахиты засиять прежним блеском. Доля непосредственности, проскочившая внутри них, со скоростью света распространяет тепло по всему телу.
- Да уж, действительно, - дразнится он, - непорядок.
А затем, спустя несколько секунд, все возвращается на круги своя. В том числе, настроение мужчины.
- На самом деле, вся эта иерархия довольно формальна. Босс отличается от подчиненного немного большей осведомленностью в определенных делах и размером оклада. А перспектива у всех все равно одна и та же. Перед законом все равны, Белла.
- Полиции до тебя не добраться… - неуверенно произношу я. Подобная “перспектива” меня не устраивает. А Джерома тем более.
- Полиции точно, - Эдвард полностью со мной соглашается, закатывая глаза, - они ведут себя, как дети, делая свою работу. Не знаю, кем они нас воображают, когда устраивают все эти “облавы” и игры в “поимку”, о которых заранее объявляют по всем радиостанциям.
Эти слова успокаивают. Впервые в жизни радуюсь тому, что правоохранителям не удастся обнаружить преступников, нарушающих если не все, то большую часть законов США. Безопасность Эдварда хотя бы с одного фланга - уже достижение.
- Ты поедешь в квартиру? - внезапно я осознаю ещё один неприятный факт. Не в силах удержаться, чтобы не произнести вопрос о нем вслух.
- Там чисто. Джаспер все проверил, - Каллен видит меня насквозь.
- Он и в прошлый раз проверял… - да простит меня Хейл за такие слова, но сейчас все то доверие, внушенное им, все то хорошее, что сделано, теряется где-то среди темных стен комнаты.
- В одну реку дважды не войдешь, Белла, - Эдвард поворачивает голову, немного наклоняя её, отчего лицо мужчины оказывается куда ближе к моему, - в этот раз и я тоже проверил.