Я перенёс вес тела на ногу, стоящую на балке. Она скрипнула, но выдержала. Конечно, этот путь проходят взрослые парни каждый день, с чего бы ей сломаться именно подо мной? Беспочвенный страх. Ещё один шаг и ещё, и ещё. Всё вокруг исчезло, я ничего не видел, кроме этой ржавой тропинки, и легко запрыгал по балкам к краю пирса.
Я остановился на самом краю. Солёный ветер мягко обдувал лицо, ни намёка на приевшуюся духоту. Не помню, чтобы я чём-то думал в тот момент, я превратился в сплошное чувство и через кожу осознавал происходящее, не пытаясь анализировать. Я знал, что должен делать. Я не рассчитывал, что удар воды выбьет из меня затхлый, застоявшийся ком, но кто-то из нас исчезнет после падения.
Шаг. Всего лишь один шаг. Это же так просто. Я выдохнул, расслабил тело и упал вниз. Вода разбила меня, оглушила, разорвала кожу в клочья. Я ощутил холод, страх, боль, гордость, возбужденную радость – настоящие чувства живого человека. Лёгкие сдавило, рефлекторно я вдохнул, но только проглотил горькую, солёную воду. У неё был вкус и я рассмеялся, приятно удивившись неожиданному открытию. Ото рта разошлись пузыри воздуха и мне следовало поплыть за ними. Но я медлил. Что если мне проглотить ещё больше воды? Противно, гадко, но недолго. Потом меня перестанут волновать такие мелочи. Эти мысли напугали меня и я рванул вверх, пытаясь не слушать заманчивый голос, уговаривающий меня не всплывать, обещающий спокойствие. Я тянулся к свету на поверхности воды, но воздуха в моих лёгких не осталось, меня потянуло вниз. Я начал задыхаться и инстинктивно вдохнул. Воду. Снова мерзкую солёную воду. Я видел свою руку, тянущуюся к свету и меня пронзил собственный крик, он разрывал меня “нет, нет, нет!”. Вот только я уже ничего не мог изменить.
Глава 11.
Спина давила на камни, тяжесть давила на грудь. Я перевалился на бок и зашёлся в лихорадочной тряске кашля, боли и ужаса. Из меня вырывалась вода, горло горело. Что только что произошло? Я жив? Надо мной навис парень, тот самый что собирал моллюсков, он похлопал меня по спине и на ломанном английском спросил нужна ли мне скорая. Я отрицательно закачал головой и сел, обхватив колени руками. Не знаю, как долго я так просидел, не знаю, когда парень ушёл и оставил меня одного. Постепенно страх притупился и на меня напала истеричная радость - всё ведь хорошо закончилось и у меня осталась возможность. Просто "возможность". Возможность всего.
Вернувшись в гостевой дом, я стал собирать свои вещи, они занимали всего лишь маленький рюкзак. Провести ещё одну ночь с трупом, а тем более с Дариме, я не мог и принял решение переночевать в аэропорту, благо, мой вылет приходился на раннее утро. Я ушёл, не попрощавшись, и двинулся на пляж через парк с гортензиями. Я проезжал его на такси, когда только приехал в этот город и примерно помнил, где он находится. Найдя парк, я достал телефон и остановился. Впервые, за долгое время, я хотел позвонить родителям. Но я так отвык от нормального общения, что не понимал, не знал, что им сказать. В любом случае, я мог просто послушать их, дать понять, что со мной всё в порядке.
– Алё! Что случилось? - раздался встревоженный голос матери.
– Да нет, всё хорошо, просто захотел показать вам море.
Я включил видео и показывал свой путь, пока шёл к пляжу. Родители рассказывали новости, а я задавал вопросы, от чего мама оживилась и высказала предположение, что море пошло мне на пользу. Дойдя до пляжа, я перевернул камеру на море - оно искрилось под солнцем, волны безмятежно омывали берег.
– Большое озеро, - усмехнулся отец и добавил, - но надо и нам как-нибудь слетать.
Из меня вырвалось тихое "спасибо", родители начали спрашивать "за что?" и я постарался завершить диалог. Как я им объясню? Просто спасибо.
Конец