— Тебе что-нибудь нужно? Не хочешь позавтракать? — голос Керри звучал так искренне, будто она, как радушная хозяйка, хотела угодить своему гостю.
— К дьволу завтрак! Отцепи наручники и отпусти меня.
Сожаление смягчило черты ее лица.
— Я не могу. Ты моя последняя надежда.
Ее повышающийся тон никак не помешал его растущему гневу и потребности посетить туалет вырваться наружу.
— Я твоя последняя надежда на что? На наличие здравого рассудка в твоей голове? Позволь сообщить: твой план убедил меня лишь в том, что у тебя не все дома.
От досады у нее вытянулось лицо.
— Я совершенно нормальная и просто пытаюсь спасти своего брата от тюрьмы. Я пыталась объяснить тебе это по телефону, но ты не стал слушать.
— А что я мог понять из твоего бреда о ком-то, проходящем химиотерапию и собирающемся жениться? — Все и так было страннее некуда. Ну и что дальше? — Ты удерживаешь меня в обмен на его свободу?
Она покачала головой.
— Я думаю, что ты сможешь доказать его невиновность. Мне очень нужно…
— Что? — Рейф сделал глубокий вдох и досчитал до десяти. — Слушай, не стоит на меня надеяться, я не могу помочь твоему брату. Сейчас же сними с меня эти проклятые наручники. У меня есть работа, которую я должен выполнить.
— Я знаю, восстановить безопасность «Стандарт Нэшнл». Вот почему ты здесь. Моего брата Марка, бывшего сотрудника банка, обвиняют в хищении.
Ах, вот теперь он понял что к чему.
— И ты хочешь, чтобы я подделал некоторые файлы, чтобы его обелить?
— Конечно, нет! Он невиновен. Тебе не нужно ничего подделывать, а просто узнай, кто его подставил.
Рейф усмехнулся:
— Почему ты так уверена в его невиновности?
Керри поджала губу, ее глаза сузились. Без сомнения, он серьезно ее разозлил. Очень хорошо. По крайней мере, хоть в этом они на равных.
— Марк слишком честный. Он никогда бы не…
— Милая, ты говоришь о трех миллионах долларов. Да за такие наличные множество людей забывают о профессиональной этике.
— Только не мой брат. Марк никогда бы так не поступил! — Керри скрестила руки на груди и смерила его осуждающим взглядом. — Послушай, это не займет у тебя много времени. Я ничего не понимаю в компьютерах, а ты работаешь только с корпоративными клиентами, и твои расценки заоблачны. Я поняла, что только человек с твоей репутацией и связями имеет доступ к базе данных «Стандарт Нэшнл», и это мой единственный шанс помочь Марку. Я знаю, что ты взломал базу ЦРУ в девятнадцать лет, поэтому сможешь разобраться в банковских документах…
— Как ты узнала об этом? — впоследствии он оказался в таком дерьме, о котором старался никому не рассказывать.
— Сейчас это не важно, — бросив на него хмурый взгляд, она продолжила: — Слушай, я знаю, что совершила нечто ужасное…
— Скорее, нарушила закон, — выдавил он, — и я заставлю тебя заплатить за это.
— Я, действительно, прошу прощения за все неприятности…
— Как только я освобожусь, я прослежу, чтобы твоя задница гнила в тюрьме вместе с братом.
— Пожалуйста! Я знаю, что ты единственный человек, который может спасти Марка. Только ты со своими способностями можешь выяснить, почему банк обвиняет именно моего брата.
— Неужели ты даже не допускаешь мысли о том, что он может быть по-настоящему виновен?
— Конечно, нет!
— Точно, — протянул он, — ты неисправимая оптимистка, ищущая плюсы даже в деле неисправимого преступника?
— Я знаю, что ты злишься, но я в отчаянии. Мне просто нужно, чтобы ты мне немного помог. Пожалуйста.
Ее большие широко распахнутые зеленые глаза, обрамленные золотистыми ресницами, и локоны, сверкающие в лучах солнца, заставили его задуматься. Во всяком случае, его эрекция стала тверже. Без сомнения, он мог помочь Керри со множеством проблем — в особенности с обилием на ней одежды.
Затем, покачав головой, он вспомнил о своем положении.
— Помочь тебе отнять у меня свободу и совершить преступление? Черт возьми, нет! Если я подделаю банковские документы, то получу такой же тюремный срок, как и твой брат. Ты ненормальная, если думаешь, что я позволю тебе заставить меня совершить глупость и нарушить закон. Вот, что я скажу тебе, милая: Ни. За. Что!
С умоляющим выражением на лице Керри подошла ближе. Господи, она так хорошо пахла: солнцем, морем и ванилью.