- Зачем мне врать, если мне и так неловко говорить об этом?
Она говорила искренне. Ради чего? И все же Рейф ей поверил. Ее девственность объяснила многое, особенно то, почему она выглядела так сексуально и, несомненно, сладко в этой короткой юбке, которая была на ней в тот вечер, и то, почему покраснела после нескольких сказанных им откровенных слов. Это также объяснило ее неопытность, когда он поцеловал ее, и то, почему она никогда до встречи с ним не занималась оральным сексом. И она согласилась на то, чтобы он стал ее первым мужчиной.
- Почему?
- Почему что? Почему мне не нравится то, как ты сформулировал свою фразу? Я не в восторге от слова «трахаться». И когда это слово применяют ко мне, я…
- Почему именно сейчас? Почему я? - Рейф постарался заглушить нетерпение, звучащее в его голосе. - Почему, черт возьми, ты согласилась на эту сделку, если даже не знала, на что подписываешься?
- Я девственница, а не идиотка. Я знаю, что такое секс.
- Знать о сексе и заниматься им – разные вещи. Как думаешь, сможешь справиться с тигром, о котором ты читала?
- Зигфрид и Рой* тоже думали, что смогут справиться с тиграми, которых дрессировали двадцать лет. И помнишь, чем все закончилось?
*Зигфрид и Рой (нем. Siegfried & Roy) — немецко-американский дуэт бывших эстрадных артистов Зигфрида Фишбахера и Роя Хорна, ставших известными благодаря своим представлениям с белыми львами и белыми тиграми.
Начиная с 1990 года и по 3 октября 2003 года, когда из-за ранения Роя (тигр прокусил ему горло) была завершена их сценическая карьера, они выступали в шоу «Siegfried & Roy at the The Mirage Resort and Casino», которое считалось одним из самых посещаемых в Лас-Вегасе (США).
- Ты невозможна, - вздохнул он.
Керри опустилась на край кровати, повернувшись к нему спиной.
- Тебя это бесит. Я знаю. Вот почему я не хотела тебе признаваться.
- По-твоему, было бы лучше, если бы это выяснилось «опытным» путем?
- Это заняло бы не больше минуты, ничего страшного. Я не храню свою девственность для первой брачной ночи. Я просто никогда… Я еще не встретила никого, с кем бы мне захотелось заняться сексом. Я вообще не думала об этом, пока не вернулась из приемной семьи домой, и во время болезни Марка.
Рейф скрестил руки на голой груди.
- И ты не собиралась рассказать мне. Веселое было бы открытие. А что, если бы в твой первый раз я взял бы тебя сзади и отшлепал твою попку ради удовольствия?
- И что?
- Для лишения девственности эта поза не подходит.
- А что, существуют особые позы для девственниц?
Глядя в потолок, Рейф начал считать до десяти.
- Неужели не было ни одного добровольца в «поход за девственностью»?
- Я никому об этом не говорила. У меня были планы лишиться ее на выпускном вечере, но моего ухажера больше интересовала бутылка водки, которую он умудрился тайно пронести на танцы.
- Слишком пьян, чтобы «начать путешествие»?
- Его стошнило мне на платье, пока он лапал мою грудь. Вот и весь мой опыт. По крайней мере, до встречи с тобой.
Рейф чувствовал, что его голова вот-вот взорвется. Он никогда не хотел брать на себя ответственность за то, чтобы стать первым мужчиной у женщины и открыть ей мир секса. Это занимает слишком много времени. Он предпочитал женщин, которые знали, чего хотят, и не стеснялись говорить ему о своих желаниях. Он любил женщин, которые четко представляли, как понравиться и как доставить удовольствие мужчине. Он не хотел возникновения между ними эмоциональной связи, ведь быть первым у женщины подразумевало наличие некой интимности. Со своим первым мужчиной женщины были сентиментальны, по крайней мере, ему так говорили, а он не хотел, чтобы кто-то был сентиментален с ним.
Керри волновала его… но не такого волнения он ожидал. Его беспокоило другое. Что, если он сделает ей больно? Само собой, так и будет! Черт, это же просто физиология. Но мысли, крутящиеся в его голове, были совершенно неожиданными. Рейф хотел научить ее получать и дарить наслаждение. Он хотел сделать все возможное, чтобы она никогда не смогла его забыть. Его не беспокоила мысль о том, что Керри будет вспоминать о нем с умилением. Он был в восторге от мысли оказаться внутри нее, где до него никого не было. И он будет оставаться единственным мужчиной в ее жизни, пока они будут вместе. Желание пометить свою территорию? Так странно.
Почему?
Сейчас он думал лишь о том, как вдохнуть немного воздуха так, чтобы его ноздрей не коснулся дразнящий сладкий аромат ее тела. Он старался смотреть куда угодно, только не на Керри, чтобы не вспоминать ее прикосновения.