Никакого ответа. Он постучал.
— У тебя все хорошо?
Тишина. Дерьмо. А вдруг она там плачет, или, не дай Бог, у нее серьезное кровотечение? Он знал больше об оригами, чем о девственницах, ну, то есть почти ничего. Наверное, он поранил ее сильнее, чем подозревал.
Доусон снова постучал в дверь.
— Керри?
И снова тишина в ответ.
Он быстро достал проволочную вешалку из шкафа и стал, чертыхаясь, ее сгибать. Ему хватило насколько секунд, чтобы отпереть замок. Его тревога о ней не прошла, когда он толкнул дверь… и увидел восхитительно обнаженную Керри в огромной, стеклянной душевой кабине. Горячая вода из распрыскивателей лилась на ее тело спереди и сзади. Он представил, как направляет одну головку душа на медовое местечко между ее ног и наблюдает за тем, как от удовольствия она закидывает назад голову и жадно ловит губами воздух… Он положил презервативы на полку ванной и закрыл дверь.
— Как ты сюда попал? — испуганно спросила она, повернувшись к нему.
Рейф бросил искореженную вешалку на пол, открыл душевую кабину и вошел внутрь.
— Вскрыл замок. Ты в порядке? — спросил он, когда теплая вода дождем полилась на его напряженные мышцы.
— Да.
Само слово подразумевало, что с ней все хорошо, но тон, которым оно было произнесено, был полон арктического холода. Облегчение и смятение смешались у него в душе. Если с ней все в порядке, то почему она от него запирается? И почему так раздражена? Неудивительно, что у него сложно складывались отношения, — женщины вели себя слишком непредсказуемо. Почему к ним не прилагались инструкции или хотя бы возможность нажать на клавишу F1, чтобы открыть окошко техподдержки?
— Да? И это все? — он вопросительно посмотрел на нее.
— Я просто хотела несколько минут побыть одна, чтобы подумать.
— А почему заперла дверь? Ты не можешь думать, если между нами нет преград?
— О-Д-Н-А. Разве тебя не учили, что означает это слово в Академии Св. Быка для безумно суперпривилегированных?
Несмотря на свое раздражение и беспокойство, он не смог сдержать смеха.
— Святого Быка? Католики не поклоняются быкам.
— Как бы не так.
— На самом деле, мой дорогой старик отправил меня в школу Бекмена на Манхэттене. И да, там меня учили писать буквы… по большей части.
— У тебя проблемы с осознанием понятия «зона личного комфорта»? Или тебе стоит объяснить, что это означает?
Что, мать вашу, с ней случилось? Рейф всегда старался не задумываться над тем, о чем думают женщины, но сейчас это выяснить было жизненно необходимо.
— Откуда мне знать, не слишком ли сильно я тебя поранил?
Она раздраженно вздохнула.
— Я бы сказала об этом. Неужели девушка не может побыть в одиночестве?
Он думал об этом. Конечно, несколько минут, которые она пробудет в душе, слишком малая часть того времени, что они проведут вместе. Зачем возражать, если она хочет недолго побыть одна? Пусть его назовут пещерным человеком, но он возражал.
— Если ты ищешь причины злиться на меня, то их нет. Как не должно быть и никаких закрытых дверей, Керри. До завтрашнего вечера ты моя в любое время, когда я захочу, где я захочу и как захочу. Ты поняла?
— Ты уже много раз говорил мне об этом. Я поняла, — холодно ответила она и отвернулась, — но я не подписывалась на участие в шоу «Большой Брат».
Ее поза и язык тела сказали ему, что Керри что-то беспокоит. Секс? Казалось, всего несколько минут назад она была поглощена удовольствием… но, может быть, сейчас она снова думает о проблемах Марка? Или жалеет, в конце концов, что переспала с ним?
Нет. Все было хорошо до того момента, когда она сказала, что он должен научиться у ее брата признавать свои ошибки. А может, она была расстроена тем, что их отношения не продлятся долго? Мужчина надеялся, что девушка будет больше прислушиваться к собственной логике, а не к своим эмоциям. Или это он слишком смущен своими чувствами и просто-напросто на нее запал?
Когда Рейф увидел ее соблазнительную попку, то сделал то, что обычно делал, находясь рядом с Керри: досчитал до десяти.
— Я не твой брат, — строго напомнил он ей.
Она медлила.
— Радостная новость, иначе то, что мы сделали, могло сойти за тяжелое преступление в пятидесяти штатах нашей страны.
Неужели эта та самая женщина, которая пятнадцать минут назад, задыхаясь, кричала его имя? Рейф решил не думать об этом. Она обещала, что будет его, и он хотел ее прямо сейчас. Она больше не будет закрывать перед ним двери, и у них будет много секса. А затем — конец истории.
— Почему ты стоишь со мной в душе? Ладно, ты не мой брат. Тогда кто ты? Мой личный надсмотрщик?