Его слова придавили ее так, будто на нее упал многотонный груз и похоронил под собой любое сопротивление.
— Рейф…
— Больше ни слова. Доверься мне.
— А если я попрошу тебя отпустить меня, ты ведь сделаешь это, не так ли?
Он лизнул подушечку большого пальца и провел им по ее чувствительному соску.
— Я сделаю все, чтобы не услышать твоих просьб об этом. Я просто хочу, чтобы сейчас ты лежала, связанная, подо мной.
Прежде чем она успела вздохнуть, он прикрепил ее лодыжки к кровати, полностью ее обездвижив. Она лежала перед ним, голая, не считая золотых обручей на сосках и белых стрингов, распростертая перед ним, как девственная жертва. В его полной власти. На всю ночь. От этой мысли ее тело затрепетало. Хищно улыбнувшись, Рейф поднялся с кровати и стал быстро скидывать с себя одежду. Обувь полетела в одну сторону, брюки — в другую. Керри не видела, куда приземлилась его рубашка, так как была слишком занята, не спуская глаз с его мускулистого пресса, с того, как он снимает свои трусы-боксеры, и того, что скрывалось под ними. Его твердый, толстый член, покрытый дорожками вен, почти касался головкой пупка. Его нельзя было назвать просто «возбужденным», он вожделел ее, как мужчина, который слишком сильно ее хочет и не потерпит отказа. Мужчина, который продержится всю ночь. Из верхнего ящика тумбочки он достал горсть презервативов и положил сверху на поверхность из красного дерева. Керри присмотрелась — там лежало семь или восемь пакетиков.
— Не много ли?
Он покачал головой.
— Я сорвусь, если не войду в тебя в течение следующих трех секунд.
Рейф сорвал стринги с ее тела и бросил их через плечо, туда, где лежала его одежда. Однако презерватив к использованию он готовить не стал.
— Утолить твою боль? — его голос надломился, и Керри поняла, что еще немного — и он потеряет над собой контроль.
Она закивала головой, хотя это причиняло ей дискомфорт. Рейф понял, что она дает ему зеленый свет, и прошелся парой пальцев вниз по ее телу, медленно коснулся твердого узелка клитора и погрузил их во влажный жар ее тела. Все ее нервные окончания тут же ожили от его прикосновения. Керри умоляюще выгнула бедра ему навстречу, ведь в данную минуту это была единственная часть тела, которой она могла двигать.
— Тебе приятно?
Тяжело дыша, она кивнула.
— Сейчас я войду в тебя тремя пальцами.
— Да, еще.
Рейф погрузил три пальца глубоко в жар ее тела и принялся нежно дразнить сладкое местечко внутри нее, медленно сводя ее с ума. Керри застонала. Испарина выступила на ее лбу и между грудей. Девушка захныкала, удовольствие разлилось в животе. Желание сосредоточилось между ее ногами. Как ему удается так легко довести ее до грани безумия? Но этот вопрос, как и всякие связные мысли, улетучился из ее головы, когда он наклонился и принялся сосать ее клитор. На нее нахлынуло удовольствие. Его искусный язык и длинные умелые пальцы лишали ее здравомыслия. Он почти вознес ее на вершину экстаза и внезапно отодвинулся, покрывая поцелуями ее живот, бедра. Когда она медленно пришла в себя и смогла отдышаться, он снова начал ласкать языком ее клитор, а затем сжал напряженный узелок губами и стал сосать.
Он застонал, почти… вознеся ее вибрацией своего голоса на вершину удовольствия. Она задыхалась, с трудом втягивая воздух, каждый вздох требовал слишком много усилий. Керри была близка… так близка. Но Рейф убрал губы от ее клитора и вынул из нее свои волшебные пальцы, дарившие ей столько удовольствия, давая ей успокоиться, хотя внутри нее кипел вулкан, готовый взорваться в любую секунду.
Девушка застонала:
— Позволь мне кончить.
— Всему свое время, — пробормотал он у ее киски.
Раздвинув пальцами складочки, он проник в лоно языком. Пленница выгнулась дугой, насколько позволяли ее оковы. Но настойчивые губы Рейфа продолжали дарить ей наслаждение, затуманивая голову и вновь почти вознося ее на вершину блаженства.
Оргазм снова накатил на нее с невероятной скоростью. В этот раз ему достаточно было нежного прикосновения языком к ее клитору, быстрого проникновения в нее одним или двумя пальцами.
— Сегодня вечером ты моя. Не кончать без моего разрешения, не спать и не отказывать мне ни в чем.
— Да.
Ее бедра дрожали от напряжения. Керри желала только одного — оргазма, к которому ее вел этот темноволосый дьявол. Между ногами было мокро, ее соки текли по бедрам. Она чувствовала, что складочки ее киски набухли от прилившей к ним крови, как затвердели ее напряженные соски.