Еще один пример того, что он не может усмирить свой нрав, даже если мысль об этом неоднократно приходила ему на ум.
- Ты не устал волноваться о парне, который для меня просто хороший друг? – сказала она наконец. - Поверь, я знаю Джейсона. Он интересует меня не больше, чем я его.
"Наивная", - только это слово и смог подобрать для нее Рейф. Керри искренне верила своим словам. Ее раздражение сказало ему об этом, как и то, что она знает о мужчинах так же мало, как и он о том, как красить ресницы. Другими словами – ни-хре-на.
- Он задает слишком много вопросов об этом деле, - Доусон мысленно похвалил себя за то, что так удачно сменил тему разговора. Это доказывало теорию о том, что лучше подумать, прежде чем открыть рот, желая помочь.
- Марк - его лучший друг. Естественно, он хочет быть в курсе того, как продвигается следствие.
А может он виновен и пытается прощупать почву?
- Спасибо, что не сказала ему о том, что мы сделали с деньгами. Никто не должен знать, кроме нас. Если он не имеет никакого отношения к краже, мы очень скоро это поймем.
- Я так и знала, что ты это скажешь.
Хорошо, что она предвидела желание Рейфа держать их план в тайне. Но могла ли она угадать, что он собирался сказать дальше? Навряд ли.
Доусон не мог вымолвить ни слова. Язык прилип к нёбу. Рейф смотрел на нее, пышные изгибы ее тела просвечивались через тонкий египетский хлопок его рубашки. От ее невероятной сексуальности захватывало дух. Керри такая нежная, веселая и смелая. А также верная и любящая своего брата, готовая пожертвовать своей жизнью ради его благополучия.
Керри открыла ему новые стороны женской натуры, хотя раньше он воображал представительниц слабого пола одержимыми обувными распродажами и жадными до пластиковых карточек с максимальным лимитом. Более того, она помогла раскрыть ему самого себя, тот факт, что находясь с кем-то вместе больше суток, у него могло и не возникнуть желания вырвать себе глаза. И он всегда наслаждался с ней сексом, по-настоящему наслаждался. Между ними пробегали искры, каждое прикосновение было подобно удару электрического тока. Отказаться от этого было невозможно. Девушка наполнила его жизнь весельем, напомнила, что нужно рисковать, а не только посвящать всю жизнь работе и зарабатыванию денег. Иногда люди просто должны делать другие вещи. Он решился на эту сумасшедшую поездку с Керри именно по этой причине и провел самые лучшие выходные в своей жизни.
Но всему хорошему быстро приходит конец, особенно когда ее безопасность окажется под угрозой. Когда Рейф пересек комнату, то внутренне сжался. Он не смог сдержаться и убрал выбившийся из прически золотистый локон от ее лица.
- Керри, думаю, пришло время отвезти меня в отель. Пора заканчивать эту авантюру.
Из-за шока от ее лица отлила вся краска. Она побледнела, но не издала ни звука. Сжала губы и молча кивнула, а затем попыталась отвернуться.
- Так безопаснее, малышка, - произнес Рейф, сжал ее руку и снова повернул лицом к себе. - Как ты и говорила, вор может оказаться психом-убийцей, поэтому я не хочу, чтобы он тебя нашел.
Она долго смотрела на него, не отрываясь. Ее глаза потемнели от охвативших эмоций, но он не мог их прочитать.
- А как насчет тебя?
- Я смогу о себе позаботиться. Я хочу уберечь тебя от похитителя. Со всеми подозреваемыми веди себя так, как будто ничего не знаешь о деньгах.
Кивнув, Керри освободила свою руку и попятилась.
- Может, подождешь до утра?
Рейф взглянул на часы. Время было позднее - за полночь. Сейчас будет довольно геморройно получить номер. Служащие отеля уже могли снять бронь с его собственного номера, а значит ему нужно будет звонить им, чтобы получить другой. Банк был закрыт, поэтому вор, вероятно, не сможет проверить банковские записи до утра.
"Очень хорошо", - признался себе Доусон, потому что безумно хотел провести еще несколько часов с Керри.
- Да, лучше сегодня утром.
Снова молча кивнув, она подошла к кровати и легла. Выключив прикроватную лампу, Керри закрыла глаза. Каждая мышца ее тела была напряжена. Казалось, еще немного - и она взорвется. От облегчения? Заплачет? От гнева?
Боже, Рейф никогда не мог понять, что чувствуют женщины. Он лег в кровать рядом с ней, изнывая от желания прикоснуться.
- Пожалуйста, не расстраивайся. Все будет хорошо.
- Я не расстроена, - ее голос был скрипучим, как хорошо накрахмаленная рубашка.
И когда Доусон попытался прижаться к ней, все ее тело, казалось, одеревенело, Керри отодвинулась от него. Она ведет себя так потому, что их сделка почти подошла к концу, и она ему больше ничего не должна, или потому, что она беспокоится и думает, что он ее отвергает?