Кажется, все мое тело напряглось, и осанка стала ровнее. Я очнулась ото сна! Только гадкий привкус подлого предательства Лавра стал подкрашиваться в моей голове в самые страшные тона. Он держал меня для того, чтобы получить власть? Он околдовал меня? Кто он такой, черт возьми? Я настолько ведома?
На последнем вопросе я чуть сама себя не ударила по коленке и поняла, что впивалась в свои же предплечья, оставляя борозды от ногтей.
Машина остановилась, неприятное чувство грядущего ужаса снова наполнило меня.
- Выходи! – приказал Свит. Я потянула ручку двери, та легко поддалась.
Я и не заметила, как мы приехали, вышла и поежилась. На улице было 1 января. Улица была пустая, я едва успела поднять глаза, как осознала - мы в аэропорту.
«О боже! Он вывезет меня из страны и убьет!»
Свит не дал сделать даже шага, прижал к себе и прошептал в мои волосы, отчего меня пронзило мелкой дрожью:
- Мы должны спокойно пройти паспортный контроль. Помни о своей матери, пока я помню улицу, на которой подобрал тебя.
- Подобрал? Да ты похитил меня! - отмерла я, пихнув его в бок. Свит снова прижал меня к себе и прошептал:
- Второй раз уже, заметь. - Он развернул мое лицо и жестко спросил: - Предпочитаешь с последствиями или без?
- Без.
- Вот и чудно. Вылетим из страны, поговорим.
***
Я никогда не была за границей, и что-то подсказывало мне, что, увидь я вывески, я бы поняла, куда мы прилетим, но мы летели и летели, и летели, а я все не могла понять. Будто Свит создал вокруг меня вакуум.
Когда я сошла с трапа и увидела стоящий неподалеку катер, а теплый ветер обдул мое лицо, я поняла, что мы в каком-то чересчур отдаленном месте. Когда мы успели пересесть с общего рейса на частный? Он усыпил меня? Опоил?
- Я дал тебе своей крови.
- Кро… ? Что?! – меня чуть не стошнило.
- Моя кровь дает маленькую власть над маленьким организмом.
Он сунул мне большую сумку в руки.
- Что это?
-Твои вещи на этот уик-энд.
Я не так хорошо знала английский, но уик-энд значит же короткие каникулы? Выходные? А значит мы тут ненадолго?
Свит направился к катеру, и я поспешила за ним.
- Что ты собираешься делать? – спросила я, прежде чем подняться вслед за ним.
- Отдохнуть. Я планирую отдохнуть. Сто лет не отдыхал.
Меня поразило до кончиков пальцев.
Сто лет твоей власти на сто лет пользования Ассин.
Я молча кинула сумку на сидение и, забившись в угол, не издала больше ни звука.
***
Я знала, что он не ответит. Знала, что не даст сбежать. И видела, что пока не собирается причинять мне боли, поэтому к чему задавать вопросы?
Я прошла в одну из комнат виллы - благо комнат было достаточно! – переоделась и пошла на пляж. Обойдя тот по кругу, поняла, что уплыть отсюда нельзя. А судя, потому что за два часа я так никого и не встретила, мы на острове одни.
«Мечта, блин»
- Все проверила? – спросил Свит, заходя в кухню. Я вернулась недавно и решила, наконец, поесть.
- Все, - пробубнила я с забитым ртом.
- Вопросы есть? – он налил себе воды и уперся в меня взглядом, периодически делая глоток.
Я вспомнила Лавра, к горлу подступили слезы.
«Вопросов столько… Но ответишь ли ты хоть на один?»
Я отвернулась к другому окну и продолжила жевать овощной салат.
Сзади раздалось хмыканье, я обернулась - Свит ушел.
А у меня появилось время отдаться тотальной жалости к себе и порыдать.
***
Хорошо рыдать, когда смотришь на серую застройку города, прекрасно рыдать, когда смотришь кино про котят, или выпил бутылочку вина… Но как рыдать, когда за окнами виллы плещется океан, а теплое солнце светит так, что прогревает каждую замершую от январской зимы косточку?
Я решила плюнуть и пойти загорать. Захочется – порыдаю там. Но на пляже плакать не получалось: слезы быстро сохли и стягивали кожу на лице, а волны прямо шептали «Приди к нам, окунись в нас…».
Я наплавалась, поплескалась сама с собой водой и, лежа на мелководье, даже задремала. Проснулась от того, что стая рыбок щекотала мне бок.
- Ой! – я села в воде и вскрикнула, увидев огромную тень, возвышавшуюся надо мной: - Боже!
Надо мной возвышался Свит. Он крошил хлеб прямо в воду. Вот откуда рыбки!
- Какая подлость, - прошипела я, садясь в воде.
- Прям такая уж подлость, - пожал он плечами. Я искоса рассматривала его тело: в плавках он был хорош. Не Лавр по телосложению, но мужественности в нем было не отнимать.