- Где Свит? Думаю, там, - махнул как ни в чем не бывало Лавр в сторону темного океана. – Последний раз видел его с руками по локоть в крови.
- Что?! – закричала я и пихнула Лавра по ноге, но тот уже заводил лодку, не обращая на меня внимая. – Объясни!
- Власть, его власть слишком сильная приманка для других. Он мог обмануть меня, знает же, что я с ним драться не стану. Не смогу. Но другие…
- Зачем ты приехал за мной? – заорала я. Вопрос, на которой я должна была узнать ответ до того, как он снова сломает меня.
- Зачем? Хочу иметь козырь. Ты - легкий козырь, тебя легко взять… - я покраснела до кончиков ушей, - легко увезти.
- Будь ты проклят, Лавр! Ненавижу тебя! - я сучила ногами, стараясь вытолкнуть его за борт.
- Но! Но! Перевернемся же, плавать со связанными руками хочешь именно сейчас научиться?
Умирать мне не хотелось. Это бы облегчило жизнь Свиту, но, справедливости ради, моя жизнь для меня же ценнее?
***
- Ешь! - приказал Лавр, когда мы поднялись по трапу частного самолета и сели в кресла. – Тут, конечно, нет твоей вонючей яичницы…
Я не дала ему договорить. Руки он мне к тому моменту уже развязал, и я хладнокровно вылила весь сок и пульнула весь салат, который могла схватить в ладонь, ему на лицо, рубашку, брюки. Залила все до чего могла дотянуться.
Лавр стерпел, но холодным голосом прошептал, даже не смотря на меня:
- Я скажу тебе это один раз. Вампиры не терпят не уважения. За такое тебя в лучшем случае убьют, в худшем будут отрывать по одной конечности.
Я отвернулась к иллюминатору и едва сдержала слезы.
«Спасибо, Лавр, спасибо, что после полугода отношений ты оставляешь мне мои руки и ноги».
Полет был долгим и мучительным. Почему в самолете со Свитом, хоть мы и были на ножах, но я чувствовала себя спокойно? Знала, что у Свита больше чести? Или после обмана Лавра любое не зло в мою сторону уже акт добра?
- Мне нужно походить, - сообщила я Лавру через пять часов сидения. Меня начинали раздражать его взгляды, он все чаще и чаще вглядывался в мое лицо, сидя сбоку, а я не могла этого не почувствовать.
- Ходи, весь самолет в твоем распоряжении. Только не приставай ни к кому. Я тут всех купил.
- Ну разумеется, - буркнула я, - мог бы и со мной не нянчиться и притворяться так долго.
- Ты об этом? – кинул в спину мне Лавр, я обернулась, не ожидая увидеть его - мое кольцо, то самое помолвочное кольцо, которое я хотела ему вручить.
- Ублюдок! - зарычала я и выбила кольцо из его рук. Едва вспомнились слова «Вампиры не терпят не уважения», как Лавр впечатал меня в кресло напротив.
- Будешь сидеть! Здесь! До конца полета! И даже, если у тебя отсохнут ноги, руки или случится инфаркт, только попробуй встать! – заорал он на меня. От ужаса я зачем-то схватилась за подлокотники и сжимала их со всей силой, но даже та сила не могла сравниться со всей той ненавистью и презрением, которые передавались мне от Лавра, вцепившегося в мои плечи.
Я не выдержала и вжала голову в плечи еще сильнее.
- Извини, - прошептала я.
- Извините! - рявкнул Лавр, вырывая верхушку соседнего кресла и швыряя мне под ноги.
Никто его не останавливал. Никто не делал замечание. И только тогда я поняла, насколько все действительно куплено им.
Глава двенадцатая. Путь
Вопреки всем моим опасениям Лавр не вернул меня в свой дом.
И с чего ты так подумала?
Он поселил меня в хорошем отеле со слишком хорошей охраной. Глядя на Лавра со стороны, такого холодного, властно раздающего указания, я задавалась вопросом: тот Лавр, который был моим те осенние месяцы, был ли он настоящим? Была ли хоть толика его искренности ко мне? С дрожью вспоминая сцену в самолете, его реакцию, я понимала, что мои игры, дикие заигрывания и бравада своей смелостью подошли к концу. Разменной монетой я стану быстро, и хорошо, если второй обмен случится по той же схеме – Лавр и Свит. Я боялась, что он обменяет меня и отдаст другому вампиру.
«Верная смерть», - признавалась я себе.
Мне выдали хорошо сидящее платье-футляр вполне приличной длины и даже простые ни к чему необязывающие лодочки на невысоком каблуке. Весь образ кричал о том, что кажущаяся простота — это обманка, стоя перед зеркалом, я крутила в голове снова и снова одно и то же слово.
Эскорт.
- Завтра мы встречаемся с важными лицами, - в одно утро объявил Лавр. Он разглядывал мои ноги, обутые в обувь, которую принесли по его же распоряжению, но на лице было такое неудовольствие и такая ненависть, словно меня ему подсунули насильно. Я гуляла, жила, ела и пила в его доме несколько месяцев, но такого лица не видела ни-ког-да.
Так хорош актер, или слишком хороши его преподаватели?