– Но как Вы узнали, что это именно он?
– Ключевая фраза, Гоша,– ответил Виктор Антонович,– он сказал её нам.
– Она тоже является секретом?
– Отчего же,– вмешался Сталин в наш разговор,– какой же это секрет, если его знают двое? Усы генералиссимуса.
– Простите?– я не сразу понял, что он сказал.
– Я говорю «Усы генералиссимуса», это и есть пароль.
Я рассмеялся:
– Это такой грузинский юмор?
– После войны,– пояснил товарищ Сталин,– у меня на нервной почве начали выпадать волосы и быстрее всего они исчезали над верхней губой. Об этом знало всего несколько человек. Конечно, я мог сбрить их, но к моему образу уже привыкли, пришлось носить бутафорские усы. Я очень переживал, что они упадут в самый неподходящий момент и, постоянно думая об этом, выбрал в качестве пароля такие слова.
– То есть у Вас сейчас ненастоящие усы?
Улыбнувшись, Сталин дёрнул кончик пышного уса:
– Уже настоящие, родные. Виктор отличный хирург, он вживил мне под кожу, как это называется…
– Волосяные фулликулы, а проще волосяные луковицы, товарищ Сталин,– подсказал тот.
– Да, луковицы. Теперь все волосы у меня свои.
– Вот такая история, Гоша,– сказал Виктор Антонович,– конечно, вышло немного скомкано, но главное Вы узнали.
– Извините, но в такие счастливые совпадения поверить очень сложно,– честно ответил я,– всё получилось прямо как по заказу. Как говорится, лучше не бывает!
– Когда большевики возглавили страну в семнадцатом году, все только и говорили о счастливом совпадении,– сказал товарищ Сталин,– но мало кто понимал, что на самом деле это была отлично подготовленная операция. Счастливчикам в политике нет места, власть не падает в случайно протянутые руки. Её надо брать смело и решительно!
– Даже не буду спорить, в этом вопросе Вы настоящий асс. Невероятная история! Трудно представить, сколько лет Вы терпели, дожидаясь этого момента!
– Сталин умеет ждать,– ответил он, приняв горделивую позу.
– Думаю, теперь будущее страны в надёжных руках,– подколол его я,– осталась сущая мелочь: триумфально войти в Кремль.
– Молодец,– похвалил меня Сталин, не заметив насмешки в моих словах,– схватываешь на лету. Но время обеденное, товарищи, свежий воздух нагулял мне аппетит, прокачусь до дома. Кто со мной?
Я бы с удовольствием посмотрел на построенные катакомбы.
Но Виктор Антонович рассудил иначе:
– Мы дойдём пешком.
Мне ничего не оставалось, как безропотно согласиться.
Вперив взгляд в землю, словно что-то ища, вождь пролетариата прошёл несколько шагов и нажал ногой на траву.
Раздалось тихое жужжание, и в земле открылся люк.
Я увидел ступеньки, ведущие вниз.
Сталин медленно спустился, и люк закрылся автоматически.
Было заметно, что в этом месте трава более светлого цвета.
– Удобная штука на всякий непредвиденный случай,– сказал я.
– Товарищу Сталину тяжело ходить на большие расстояния,– Виктор Антонович двинулся в сторону дома,– это сделано исключительно для него.
«Ну да,– подумал я,– рассказывай сказки».
Огромный шмель с жужжанием пролетел мимо меня.
– Виктор Антонович, ответьте откровенно, для чего я Вам нужен? Почему именно мне выпала такая честь?
Он рассмеялся:
– Весьма сомнительна честь, Гоша, если что-то пойдёт не так. А что касается Вашего участия в этом проекте, то отвечу просто: мне нужны свои люди вокруг будущего руководителя. Товарищ Сталин слишком долго отсутствовал, у него просто нет других вариантов, как только довериться мне и тем, с кем я сотрудничаю. В свою очередь, я тоже могу довериться очень немногим людям, работающим в конторе. Вы попали в сферу моего интереса очень давно, ведь именно я настаивал на том, чтобы Вы стали Куратором. Хотел провести Вас по всей карьерной лестнице на самый верх, но Вы отказались, и это ещё больше укрепило во мнении, что я в Вас не ошибся. Мне нужна крепкая команда умных и энергичных людей. Сталин мудр, но находится в плену своих убеждений, а возможно, и заблуждений. Он понимает, что в этом его слабость, ему как никогда нужны надёжные партнёры. Он любит вспоминать о времени, проведённом во главе страны, но, сколько суток не сиди перед телевизором, настроение людей не почувствуешь.