– Но цель у них одна: привести к власти товарища Сталина.
– Нет,– Власик отрицательно покачал головой,– группа, представителем которой является твой шеф, хочет сделать из него английскую королеву: пусть сидит на троне для вида хоть тысячу лет, править по своему разумению будут они.
– Не понимаю, чего же тогда хотите Вы?
– Мне не надо, чтобы он руководил государством, он уже и сам вряд ли этого захочет. Пойми, я просто хочу найти его, хочу знать, что он где-то рядом и что с ним всё в порядке!
Я увидел в его глазах слёзы.
– Простите, Николай Сидорович,– я ничего не понимал,– что значит, найти его? А где он сейчас находится?
Власик провёл рукой по лицу:
– Не знаю. Никто не знает.
Достав из кармана платок, он промокнул глаза.
– Вот так номер,– сказал я,– Вы потеряли товарища Сталина?
– Мы его и не находили,– тяжело вздохнул он,– после своего побега из Грузии он ни с кем не выходил на связь. Знаем, что жил какое-то время в Москве, а потом как в воду канул! И оставил слишком мало следов, чтобы нам было за что зацепиться. Опыт в таких делах у него колоссальный. Если бы ты только знал, сколько сил и средств потрачено на его поиски. Всё зря!
– Подождите,– остановил я его,– Советский Союз перестал существовать почти тридцать лет назад. Разве нельзя предположить, что за это время товарищ Сталин мог просто перестать существовать физически?
– Я сердцем чувствую, что он жив!– с жаром воскликнул Власик.– Может быть, он попал в беду или с ним случилась иная неприятность, но я даже думать не хочу, что его больше нет с нами!
– Скажите,– я решил уйти от скользкой темы, чтобы окончательно не расстраивать своего собеседника,– люди из другой «Системы» знают, что Вы живы?
– Нет,– ответил он,– я работаю с государственными органами безопасности, а там болтунов не держат. К тому же то, что я существую просто не доказуемо.
– А как официальная власть относится к тому факту, что Сталин жив? Не боится здоровой конкуренции?
– Умные люди, Гоша, ничего не должны бояться. Высшее руководство понимает, что речь идёт не о том, что Сталин должен возглавить страну, а что можно воспользоваться его огромным опытом управления. К тому же не забывай, он причастен к таким тайнам, знание которых может помочь нашей стране и сегодня. Так что о конкуренции речь даже не идёт. А вот наши соперники считают иначе и пойдут на всё, чтобы реализовать свои подлые планы.
– Надеюсь, Вашим опытом уже пользуются?
– Это закрытая тема, Гоша, извини.
– Понятно. Но разве с конкурирующей группой трудно разобраться? У Вас такие большие возможности.
– Это невозможно в силу ряда причин.
– Можете озвучить?
– Во-первых, люди на самом верху связаны друг с другом различными договорённостями и обязательствами,– ответил он,– и только дилетанты могут думать, что их так просто нарушить. Во-вторых, есть силы, заинтересованные в том, чтобы внутри России началась большая драка, когда под шумок можно будет решить ряд своих финансовых проблем. В- третьих, нашей задачей является выявление всех заговорщиков, пустивших корни во властных структурах, а спешка, как известно, хороша лишь при ловле блох. И, наконец, нет полной уверенности, что товарищ Сталин не находится в их руках.
– Это вряд ли,– возразил я,– иначе к чему им держать у себя клоуна, изображающего вождя?
Он молчал.
– Кстати, разрешите поинтересоваться: для чего мне нужно было передавать товарищу Сталину слова о том, что он мёртв?
– Они были предназначены для Виктора Антоновича, он должен знать, что нам известны все их ходы. Это заставит противника торопиться и, возможно, он начнёт совершать роковые ошибки.
Я почесал голову:
– Сложные у Вас комбинации.
– Это как шахматы,– улыбнулся Власик,– необходимо просчитывать все ходы наперёд. Именно по этой причине мы не спешим накрывать осиное гнездо под Москвой. Шума будет много, а выхлоп может получиться нулевой, особенно учитывая тот факт, что вся подкупленная пресса поднимет ужасный вой.
– Зачем Вы мне всё это рассказываете?– спросил я, делая глоток и заранее зная, что услышу в ответ.
– Ты найдёшь Сталина!– в голосе Власика слышались уверенность и оптимизм.
Он смотрел мне прямо в глаза, и я видел, как подёргиваются его веки.
Наконец, не выдержав, он отвёл взгляд.
– Не делайте так больше,– попросил я его,– это может плохо закончиться.
Он кивнул:
– Ты найдёшь его?
– Если он жив, обязательно найду. Что мне ему сказать?
– Усы генералиссимуса,– я видел, что Власику не нравится произносить эти слова.
– Кто придумал этот нелепый пароль?
– Он сам. Это такой грузинский юмор.